Анахрон

Следующий рисунок изображал безобразную пьяную драку. В одном из дерущихся Сигизмунд без труда опознал брозара. Брозар был запечатлен как раз в тот момент, когда ему в торец заезжал другой звероподобный персонаж. Откуда–то издалека с колом бежал Аттила. Вдали виднелся хуз.

Лантхильда захихикала и стала придвигать этот рисунок поближе к Сигизмунду. Видимо, считала его несомненной творческой удачей.

Гордясь тем, что уже неплохо разбирается в многочисленной девкиной родне, Сигизмунд опознал Аттилу — по колу и косам, брозара. Потом ткнул пальцем в того, кто засвечивал брозару в торец. Мол, а это кто? Девка охотно поведала, что это Вавила. Вавила — фрийондс.

— Бойфренд твой, стало быть, — определил Сигизмунд. Смотри ты, попривык уже к сложной фонетике гнусавой девкиной речи.

Но Лантхильда тут же огорошила его. Оказывается, Вавила — фрийондс брозарис. Братянин дружок, стало быть. Оттягиваются парни в полный рост. Веселая там у них жизнь, в таежном тупике.

Имелось также изображение Лантхильды, доящей корову. Чистый Пикассо. В этом рисунке явственно был виден девкин врожденный художественный талант. Корова стояла, немного повернув голову, и косила на девку озорным глазом. В подойник лились толстые струи молока. Сигизмунд вдруг вспомнил ту бледную немочь, которой отпаивал болящую. Разом понятно стало, почему она кислые рожи корчила…

Ну, развела абстракционизм! А еще говорят, в таежных тупиках ни кубистов, ни конструктивистов не ценят. Сигизмунд долго вертел следующий листок, и так и эдак, всматривался. Ничего понять не мог.

Краснея, Лантхильда развернула листок «правильно». Там, насколько разглядел, наконец, Сигизмунд, была изображена сама девка. Сидела, скорчившись, в каком–то тесном, темном, мрачном помещении. Вроде застенка. Над девкой в воздухе висели две сковородки.

Наконец Сигизмунд сообразил, что на рисунке изображен гараж. Сковородки, выходит, — фары его родимой «единички». Сигизмунд даже обиделся. Конструктивизм конструктивизмом, но надо хотя бы вежливость соблюдать!

— Гараж, — сказал он. Немного сердито.

Она похлопала белесыми ресницами. Повторила:

— Гарахва.

Сигизмунд рукой махнул.

Лантхильда всђ объясняла что–то. Горячо так втолковывала. Видимо, пыталась рассказать, как в гараже оказалась. Разволновалась ужасно. Даже слезы в глазах выступили. Вообще, как заметил Сигизмунд, Лантхильда легко краснела и часто вспыхивала. Впечатлительная.

Сигизмунд по руке девку похлопал, чтобы успокоить. Мол, все в порядке.

Та охотно успокоилась. Показала ему еще один опус из жизни социально неблагополучной среды. Изображался человека, находящийся в скотском состоянии. Человек ползал на четвереньках и устрашающе скалился. Зубы были прорисованы с особым тщанием.