Алтарь Горгоны

У тебя в доме, говорят, с избытком всякой мерзости – кости человеческие, тряпичные куклы, волосами набитые, горшки с разными смрадными зельями. Также книги запретные хранишь, которые давно сжечь надобно. Ну да ничего, мы у тебя обыск проведем, и ежели найдем что-то, что жертвам принадлежало, – конец тебе, старая!

РЯЗАНЦЕВА: Нет! Я правду говорю. Что знаю, все тебе рассказала!

ПРИСТАВ: Ага, бредни свои старушечьи. Довольно, допрос окончен. Запереть ее в карцере, а завтра с утра провести в доме обыск…"

"На этом первый протокол допроса обрывался. Воронин перевернул пожелтевшую страницу. Бумага ломалась под его пальцами.

Второй допрос состоялся спустя пару дней. Старуху Рязанцеву все это время продержали в заключении."

"Протокол допроса задержанной Р. А. Рязанцевой, произведенного в участке города Нового Ингершама 3 июня 1866 года судебным приставом В. И. Ястржембским.

ПРИСТАВ: Ну что, по вкусу тебе арестантская жизнь, ведьма? То ли еще будет, если не заговоришь.

РЯЗАНЦЕВА: Совести у тебя нет, пристав. Кнутом старую женщину… Я ведь тебе в матери гожусь.

ПРИСТАВ: А ты про мать не поминай. Хватит уже. Обещал тебе кнута за молчание, вот и получила.

РЯЗАНЦЕВА: Да будь ты проклят, и вся семья твоя до седьмого колена!

ПРИСТАВ: Молчи, старая. Еще кнута захотела? Это мы тебе мигом устроим. Обыскали давеча лачугу твою. Я таких гадостей насмотрелся, больше нигде такого не видал.

РЯЗАНЦЕВА: Что стало с моим имуществом?

ПРИСТАВ: Да ничего пока. Но станешь упорствовать – сожжем. Как пить дать сожжем!

РЯЗАНЦЕВА: Все, что накоплено годами… Ироды!

ПРИСТАВ: С кем живешь-то?

РЯЗАНЦЕВА: Одна я живу!

ПРИСТАВ: Снова врешь, старая. Мы когда в дом твой пришли, печь еще теплая была. Значит, недавно топили. Кто-то живет с тобой… Кого прячешь? Признавайся, или снова кнута получишь.

РЯЗАНЦЕВА: Анаит Аршакуни… У меня теперь живет.

ПРИСТАВ: Безумная девица? Вот так новость! Как же она попала к тебе?

РЯЗАНЦЕВА: В ученицы ко мне подалась. После того, как родительский дом спалила…

ПРИСТАВ: Хороша компания подобралась. Ведьма и поджигательница. Чему учишь ее?

РЯЗАНЦЕВА: Ремеслу своему. Она сама этого захотела, и способности к ведовству у нее имеются. Поболе, чем у меня даже. Тварь неблагодарная…

ПРИСТАВ: Что, недолюбливаешь свою ученицу?

РЯЗАНЦЕВА: А чего мне ее любить? Я столько для этой гадины сделала. Приютила, о пророчествах и видениях ей все рассказала… Темную богиню вместе ждали, готовились к ее появлению… Я думала, одарит меня силой богиня-то. А она молодую выбрала… Гадина… Молодая-то, она, конечно, посильнее да половчее будет…

ПРИСТАВ: Что ты там лопочешь? Не пойму никак.

РЯЗАНЦЕВА: Да ничего! Навязалась на мою голову, а теперь вот избавиться от нее не могу. Барышня-то – змея подколодная. Ох, натерплюсь еще с ней.