Алмазная пыль

Мрачный шкаф, под названием дежурный, с каменным лицом открыл двери и, проследив за приехавшими взглядом, снова замер на своём стуле. Они поднялись на четвёртый этаж, и бойцы охраны уверенно повели его в дальний конец коридора. Дойдя до глухой деревянной двери, бойцы остановились и, удержав Пашку, быстро осмотрели помещение.

Штабс-капитан, командовавший группой, получив молчаливый отчёт от ребят, проверявших помещение, решительно распахнул дверь и, кивнув, пригласил Пашку войти. Помещение, в которое его привели, разительно отличалось от больничной палаты.

Это был скорее гостиничный номер, с гостиной, спальней и совмещённым санузлом. Был даже телевизор, а тяжёлая массивная дверь была оборудована видеокамерой. Медленно обойдя своё новое жильё, Пашка с интересом покосился на стоящий на тумбочке телефон и из любопытсва снял трубку.

После первого же гудка в трубке раздался густой, сочный баритон, который внятно, с расстановкой произнёс:

– Коммутатор. С кем вас соединить?

– Спасибо, я просто проверял, работает ли телефон, – быстро ответил Пашка и положил трубку.

Внимательно наблюдавший за ним штабс-капитан усмехнулся под своей маской и, ещё раз оглядевшись, спросил:

– Может, хочешь чего? Есть, пить или ещё чего?

– Сигарету дайте, – устало попросил Пашка.

– А вот этого тебе делать бы не стоило, – раздался уже ставший навязчивым голос, и в комнату вошёл всё тот же неутомимый старик.

– А я думал, вы отдыхать поехали. Ночка уж больно хлопотная выдалась, – проворчал Пашка, внутренне скривившись.

Больше всего ему сейчас хотелось выкурить сигарету и завалиться спать. Но видно, не судьба. Тем временем старик, постукивая своей тростью, уверенно прошёл в номер и, оглядевшись, медленно опустился в кресло. Испустив блаженный стон, он вытянул ноги и, потерев колено ладонью, попросил:"

"– Ребятки, прикажите нам с юношей чайку подать и перекурите пока там. И заодно пусть ему курево добудут, раз уж такое дело.

Штабс-капитан, моментально подскочив к телефону, быстро пробормотал что-то в трубку и, сделав над головой круговое движение кулаком, исчез вместе со своими подчинёнными, словно сквозь стенку просочился.

Проводив их взглядом, старик пожевал узкими морщинистыми губами и, вздохнув, повернулся к Пашке.

– Ну, как тут тебе?

– Должен признаться, удивили. Думал, опять в больничную палату загоните, – честно признался Пашка, обводя взглядом свой номер.

– Не «Шератон», конечно, но жить можно, – усмехнулся в ответ старик. – Ну а как с памятью дела?

– Пока никак. Да и времени слишком мало прошло. Я вот что подумал, может, вы мне моё досье на время оставите. Почитаю, подумаю, может, что и всплывёт.

– А сейчас что? После нашего разговора?

– Так, мелькают обрывки какие-то, как в калейдоскопе.