Альфонс нечаянно нагрянет

Поэтому в день свадьбы я и вовсе – встал пораньше и ка-а-ак наклюкался! Раз не хотите меня слушать, нате вам мое бездыханное тело! И получается, что вообще ничего сказать не могу, я же очнулся только на следующий день! А вводить в заблуждение нашу милицию не в моих правилах!

Дамы переглянулись – Геня настырно не хотел сотрудничать.

– Ну хорошо, назовите нам адрес вашей сватьи. Значит, зовут ее Лера, так? А фамилия, отчество, где работает? – снова приступила к допросу Василиса.

Однако никакого допроса не получилось – Геня вдруг заныл, стал истерично всхлипывать и закидывать голову на подушки:

– А зачем вам Лера? Все ковыряетесь, да? А мы, между прочим, решили, что нам не нужно ничего выяснять, понятно?! Мы, между прочим, подумали с Эммой Васильевной, Валю вы все равно не вернете, а вот репутацию нашу так измажете, так измажете…

– Чем это, интересно знать, мы измажем…

Но Геня не дал договорить – он в десятый раз брякнулся в подушки, зачем-то потеребил нос и наконец со злорадством сообщил:

– Все! У меня от ваших вопросов уже кровь из носа пошла! Так и есть! Довели. Сейчас вся выйдет, засохну, как кактус.

У него и вправду с носом случились какие-то неполадки. Люся, увидев кровь, кинулась по комнатам искать аптечку или хоть какой-то кусок ваты, чтобы заткнуть хныкающему свидетелю нос. А тот тем временем слабеющим голосом простонал, обращаясь к Василисе:

– Вы вот, длинненькая, не сочтите за труд, подайте-ка мне бумажечку, там на столе лежит. Я сейчас черкану, что в случае инсульта в моей смерти прошу винить… Как ваши фамилии?

Василиса не поленилась – подошла к столу и увидела несколько записок: «В случае моего несчастного падения с балкона прошу винить…», «В случае автодорожной аварии прошу винить…» Там же предусмотрительно лежала записка на случай инфаркта, заражения птичьим гриппом и черной оспой. Везде пустовало место фамилии виновного. Вероятно, Геня пугал собственной кончиной многих.

– Ну чего вы роетесь? Дайте я напишу, что в моей гибели виноваты… – поторопил ее Геня.

Василиса веером разложила записки в руке, принялась ими обмахиваться, как опахалом, и лукаво проговорила в нос:

– Какое сокровище я обнаружила! Вы, господин Геня, собственной рукой написали алиби любому убийце! Какая продуманность! Сейчас вас кто хошь возьми и грохни, а в записку, вот сюда, в пустое место, печатными буквами кого угодно вписать можно. И все шито-крыто!

Мужчина побледнел, приготовился прыгнуть за листком, но в это время из спальни пулей вылетела взлохмаченная Люся, ухватила Василису за руку и рванула к выходу.

– Во как ответственности испугалась, – злорадно фыркнул Геня и гостей останавливать не стал.