Альфонс нечаянно нагрянет

Ольга, что ты предлагаешь?

– Я считаю, наказать следует…"

"Люся, уставшая от всех потрясений, и Василиса, которую просто распирало от гордости за такую умную подругу, переглянулись, а потом Вася неизвестно кому сказала:

– Вот сейчас сниму ремень, не посмотрю, что вы здесь все при званиях да высших чинах, и как пройдусь по ребенкиной заднице! Он еще мать наказывать вздумал! – И уже конкретно сыночку: – А ну марш домой, лоботряс!! Мать за него бегает дела раскручивает, а он тут о наказаниях размечтался!! Быстро домой! Тебе уже иззвонились небось! Дело закрывать надо!

Ольга поперхнулась на полуслове, а Павел с облегчением передохнул:

– Все, Оля, отбой. Они уже кого-то доконали, теперь мы некоторое время можем спать спокойно. Всем спасибо.

А через два дня состоялась Ольгина свадьба.

Еще никогда в жизни Люся не была такой счастливой, как в тот момент, когда выносила каравай! Еще никогда Ольга не была так прекрасна в своем простеньком светлом платье, а Володя так горд своей невестой. Еще никогда Василиса не красилась столь вызывающе и не наряжалась так откровенно. И тамада был веселый молодой парень, и он нисколько не уступал в шутках, в задоре и юморе опытным в таких делах Василисе и Люсе. И никакого сожаления у них не было, что они здесь сегодня самые дорогие и почетные гости, а вовсе не ведущие. И музыка гремела, и гости были радостны, и собачки-актеры всех покорили своим мастерством, а абрикосовый пудель Люся был самым милым и талантливым! Правда, все чуть не испортила некая хмельная компания, которая нарисовалась в середине вечера. Возглавлял компанию Таракашин в своем черном ритуальном костюме.

– Вот! – широко взмахнув рукой, заявил он Ольге. – Это все мои… гаражане! У них у всех приглашения на свадьбу! Я их сам написал!! Ребятки! Занимайте лучшие места, моя доченька женится! Я сам воспитал такую красавицу, поэтому имею право!! Мои гены!

Люся стала медленно подниматься, и вместе с ней со дна души поднимался девятый вал возмущения.

– Ты-ы-ы? Воспита-а-ал? – зашипела она, и зал притих в ожидании ее крика.

Ольга растерянно заморгала, Володя кинулся наливать теще воды, а Василиса в отчаянии схватилась за голову. Но тут к Люсе метнулась маленькая фигурка, обхватила руками ее шею и жарко зашептала в ухо:

– Баб Люся, молчи! Тебе ж нельзя орать-то, молчи! Свадьба же! – не давала Катенька вырваться крику. – Ты не переживай, этих я беру на себя. Скажи только – у них есть сотовые? Нет? Придется брать спиртным!"