Александра

В этот момент недалеко от хана упала бомба мортиры «Екатерины». Это Михайло Дубов увеличил заряд, заложив полуторный, молясь, чтобы мортиру не разорвало, дал команду на выстрел. Мортиру не разорвало, зато бомба получила дополнительную пару сотен метров по дальности и достало последние ряды ханского войска. Небо для хана опрокинулось. Чудовищный грохот оглушил его. Чисто на инстинктах, он успел вытащил правую ногу из стремени. Ударной волной его отбросило вместе с лошадью. Менгли на какое-то время потерял сознание. Когда пришёл в себя, то ничего не слышал. Стояла какая-то звенящая тишина. Именно звенящая. В ушах был мучительный звон. Всё перед глазами плыло. Рядом билась в агонии его арабская кобыла. Очень дорогая. Это был подарок ему бека Ширина. Из развороченного брюха лошади вывалились разорванные внутренности. Хан сумел встать на четвереньки. Перед глазами всё качалось, как на качелях шайтана. Он ничего не чувствовал и не слышал. Из носа, рта и ушей шла кровь. Увидел перед собой чьё-то тело. Оно было без головы. Что-то знакомое. Это нуреддин, наконец мелькнула мысль. Вот кто-то его поднял. Хан никак не мог сфокусировать свой взгляд. Но он понял, что это кто-то из его охраны. Его быстро посадили на коня. А потом была бешеная скачка. Охрана его уводила всё дальше от проклятого места и дальше. Их путь лежал в Крым. По мимо сильной контузии, он ещё получил ранение в ногу. Рана постепенно стала гноится. Ему, раскалив нож, но одной из остановок, разрезали ногу и вытащили металлический кругляш, величиной с горошину. Это был один из поражающих элементов бомбы. Хорошо, что кость не задело. А ещё у него была порвана персидская кольчуга. Она спасла ему жизнь. Такой же кругляш застрял в подоспешнике, пробив халат и саму кольчугу…

Увидев падение хана, в татарском войске стала нарастать паника. Ещё больше она усугубилась, когда стало понятно, что русы зашли им в тыл и практически окружают. У страха глаза велики и полторы тысячм отряда Урусобы превратились, в глазах татарского войска, в десять тысяч. Паника, она как лесной пожар при сильном ветре. Конная масса ломанулась назад, сбивая на землю друг друга и втаптывая упавших в землю. Попытка сипахов и янычар остановить, не принесла успеха. Их просто самих снесли, как сносит вода в половодье хлипкую запруду.

Солдаты и пикинеры пропустили нашу конницу вперёд, те ударили в отступающих татар. Дальше уже всё пошло, как по шаблону. Избиение бегущих, резня и убийства.

Я соскочила с лошади и побежала к редутам первой линии. Мне надо было знать, что с ними, с моими кадетами."

"— Царевна, остановись. — Кричал мне сотник Кобыла. Но я его не слушала. Огибала груды убитых, даже перелазила через них, мараясь в крови. Господи, сколько же здесь мёртвых?! Сотни, тысячи людей и коней.