Александра

Ведь я сам учил его держать оружие в руках, с самого детства.

Народ всё прибывал. В большинстве своём это были зеваки, которых привлекал вид кадетов, а так же слухи, что погиб муж Византийской царевны.

Неожиданно появились всадники сотника Кобылы.

— Расступись! — Кричали они. — Расступись перед Государём Владимирским и Московским!

Народ засуетился. Разбегались, освобождая кавалькаде широкую дорогу. Сам Великий Князь пожаловал. Он ехал на коне. Тут же ехал и возок Митрополита. Мы с Федором Мстиславовичем стояли около входа в церковь. Поклонились Василию. Он кивнул. Рядом с ним пришёл и Митрополит Варлаам. Он сменил в этом году Митрополита Симона, который принял Великую Схимну, после чего, через месяц скончался.

— Здравствуй боярин, Фёдор Мстиславович, здравствуй, царевна Александра. — Поздоровался он с нами. — Приехали мы с Митрополитом высказать вам слова скорби. Иван был добрым бояриным и воином. Вечная слава ему.

— Вечная слава. — Повторили мы со свёкром. Государь и Митрополит перекрестились. Мы тоже. свита Великого Князя, так же стала креститься. Потом прошли в церковь. Церквушка была не большая, поэтому вся свите монарха туда не вошла. Многие остались на улице. Ванечку уже отпели. Сейчас прощались. Похоронить его должны были на кладбище в семейной усыпальнице Вяземских. Василий выразил свои соболезнования моей свекрови.

— Помолимся чадо мои за раба божьего Ивана, боярина Вяземского. — Проговорил Митрополит. После чего стал читать молитву. Все стали креститься и тоже читать молитву. Когда молитва закончилась, священник, отпевавший Ивана, неожиданно стал истово креститься.

— Господи Иесусе Христе и святые угодники!

— О чём ты отче? — Спросил его Вяземский-старший.

— Чудо! Смотрите. Чудо Господне. Икона Божьей матери мироточит!"

"Все посмотрели на икону. Это была старинная икона рода Вяземских. Из глаз божьей матери вытекали прозрачные слёзы. И тут я почувствовала странный запах. Я такой уже когда-то чувствовала. В церкви. Там тоже была мироточащая икона. Это был приятный запах миры, субстанции, которая иногда начинает выделятся именно с икон. И здесь тоже. Словно сама божья матерь плачет и скорбит по моему мужу.

— Несите склянки или ещё какую посуду. Собирайте миру. — тут же проговорил Митрополит. Государь как-то странно посмотрел на меня. И чего ты так, Василий, смотришь? Я то тут причём? Все опять начали креститься и читать молитвы. Кто-то принёс блюдо. Икону поставили в это блюдо. Мира начала туда капать, стекая по лику богоматери.

Государь и Митрополит ещё какое-то время побыли в церкви, а потом вышли. Я и свёкор тоже.

— Крепись. Боярин. — Сказал моему свёкру Государь. — И ты крепись, Александра. Всё в руках божьих. Знак тебе Фёдор Мстиславович, что угоден богу твой сын.