Алан. Скажи, что ты моя 2

Зато здесь, у южных берегов, где не нужно прятать кожу под стильные, неизменно черные, пиджаки оверсайз или кардиганы из высокосортного мериноса, не нужно красить ало-красным губы на бледном лице, не нужно делать небрежно-идеальную укладку даже для утреннего похода в булочную, а можно просто накинуть на себя белый лен разлетающегося платья и нырнуть в удобные сланцы, когда волосы растрепаны на буйном соленом воздухе, а кожа покрыта легкими веснушками – поцелуями солнца и легко-липкой дымкой влажного воздуха, я чувствую, как эти самые угольки в душе прогреваются, продолжают тлеть и давать мне внутреннюю энергию. Здесь я искренна сама с собой… И что самое важное, мне легко в этой самой искренности, не страшно, как это часто бывает в Париже, стоит только заглянуть внутрь себя, начать рыться в том, что было далеко спрятано в ментальный чулан.

Машина делает очередной вираж – на опасном повороте меня обгоняет резвый кабриолет со знойным итальянцем за рулем, я вижу это по цифрам его еврономера, а еще по несдержанному интересу, которым он одаривает меня, стоит только нашим машинам поравняться. Он улыбается мне, и я невольно отвечаю, но без заигрывания, просто приветливо, просто потому что мне приятно. Мы оба понимаем, что это ни к чему не обязывающий флирт, красивый комплимент незнакомой девушке на улице – то, за что американцы теперь часто пытаются стигматизировать мужчин и даже обвинить в «харассменте» (англ. – домогательства, приставания), а ведь такие невинные знаки внимания порой так нужны женщинам для хорошего настроения."

"Но итальянцы такие, они умеют находить радости в мелочах жизни, умеют заставить улыбнуться. И за это я их тоже люблю. С недавних пор полюбила. Моя жизнь теперь тесно связана с поездками на итальянский север. Во многом этим и был мотивирован наш переезд на Лазурку (прим. – жаргонизм, которым многие русские обозначают Лазурный берег Средиземноморья). Все началось с интересного проекта моих бывших сокурсников по Архитектурной школе Парижа, они на совместный бюджет выкупили часть здания старинной фабрики в миланском районе Навильи – центре притяжения креативной молодежи со всего европейского континента, месте, где переплетается бьющая через край ночная энергетика города и его творческая душа. Навильи, выгодно расположенный возле исторического центра и намного более демократичный по ценовой политике, чем другие известные районы, изобилующий интересными объектами, ранее имевшими промышленное назначение, стал в последние годы своего рода центром паломничества архитекторов, дизайнеров, любителей городского урбанизма. Свои офисы здесь стремятся открывать ведущие итальянские бренды, а модные лофты заселяются яркими, неординарными обитателями.