Акула

«Волга» пострадала в ДТП намного серьезнее, чем машина Николая, у которой лишь треснул один плафон и немного смялся бампер, но платить он не собирался, справедливо считая виновником аварии водителя машины, шедшей сзади.

Доводы логики на Алексея действия не возымели. Он нехорошо щурился, обещал абстрактные, но крайне суровые неприятности и презрительно морщился на предложения вызвать ГАИ.

Его поддерживала крикливая, ярко накрашенная мадам, сидевшая в «Волге». Машину она не покидала, но открыла окно и поддерживала своего водителя морально, обильно уснащая речь непарламентскими выражениями.

Мимо ехала машина патрульно-постовой службы. Заметив инцидент, милиционеры остановились и подошли. При их появлении Алексей стал как шелковый, лыбился во все стороны и обещал полностью возместить ущерб, поскольку это он, конечно, нарушил правила и целиком виноват в происшедшем.

Мадам также заткнулась. Подняла тонированное стекло и сидела в раскаленном салоне машины тише воды, пока патрульные не покинули место дорожно-транспортного происшествия.

Они предложили, по своей рации, вызвать ГИБДД, и Николай заколебался, но Алексей заверил, что необходимость в этом отсутствует. Сначала он немножко понервничал и был, конечно, неправ, но теперь вину свою осознал. Достав двести рублей, он побожился, что больше у него с собой нет, но буквально завтра отдаст остальное. На клочке бумаге записал свое имя и номер сотового телефона, после чего Николай, успокоившись, продиктовал ему свои координаты.

На том и расстались. Милиционеры, которым Николай заявил, что никаких действий предпринимать не надо, уехали. Мадам высунулась из «Волги», но молчала, Алексей долго тряс руку Николая, улыбался самым душевным образом и обещал позвонить вечером, в крайнем случае – утром следующего дня и доставить деньги в то место, которое ему укажут. Хоть в другой город, хоть на Луну.

– Надеюсь, мы станем друзьями, – высказал он пожелание, садясь в свою машину и отъезжая."

"К дружбе с таким человеком Николай не стремился, да и получить остаток денег – они совместно оценили ущерб в шесть сотен рублей, – не очень-то рассчитывал. В конце концов, машина пострадала не сильно и к эксплуатации осталась пригодна, а выправить повреждения и заменить разбитый фонарь было можно у хорошего знакомого, который владел авторазборкой и занимался, по совместительству, кузовными работами.

Звонка вечером не последовало. Из любопытства Николай набрал номер «трубки», и незнакомый голос ответил, что никакого Алексея не знает и советует больше не надоедать. Выводов могло быть два. Либо Алексей изначально дал неправильный номер, либо решил поиграть в прятки и попросил своего друга отшивать всех, кто не входит в круг общих знакомых.