Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Когда Коршун говорил, я смотрела на не него, а на Дедрика. Лицо короля оставалось безупречно спокойным, ни одна стрела цели не достигла. Выслушав смотрителя, Дедрик махнул рукой.

Коршун упал, как подкошенный.

— Ты… убил его? — спросила я.

— Слишком много чести. Позже казним, как положено.

Я кивнула, радуясь тому, что, по крайней мере, сегодня не будет убийств, казней, допросов. Оказывается, моя душевная организация весьма тонка… Мне пришлось опереться о ту самую плиту, которая скрывала тело Дедрика: ноги ослабели.

Кстати, о теле Дедрика.

— Что дальше? Займешь свое тело?

— Сначала нужно найти Рейна. Если он, конечно, не свихнулся в зазеркалье.

— Зная Рейна… Боюсь, что свихнулся.

Следующие два часа тоже были очень интересными. Дом заполонили стражи и смотрители и занялись своими прямыми обязанностями: смотрители изучали, что где не так и указывали на это стражам, а стражи уничтожали все подозрительное. Попутно ловились коршуновы даймоны и слуги. В другое время я бы обязательно посмотрела, как оно все делается, но меня оставили силы. Мне только и хотелось, что сесть на что-то мягкое (а лучше прилечь), выпить чего-то горячего или горячительного и забыться.

Во всем доме Дитрича было только одно зеркало, то самое, из которого мы вошли к нему домой из зазеркалья. Оно и вызывало особый интерес Дедрика. Свое тело он велел уложить на полу, в ритуальном круге, напротив зеркала. В комнате с зеркалом мы остались втроем — я, король, принц. Меня страшно клонило в сон, и держалась я только потому, что мне было любопытно, что дальше станет делать Дедрик. Криспин не спал примерно по той же причине; к тому же парнишка был слегка взбудоражен… то есть не слегка. Да и вовсе не взбудоражен, а ошарашен.

— Приворот… — все никак не мог принять Криспин. — Разве возможно такое, чтобы на самого короля был сделан приворот?

— Возможно, как видишь. Тебе же снились кошмары, намекающие на это?

— Радуйся, больше сниться не будут.

— Радуйся? — сдавленно повторил принц. — Чему радоваться, Рейн? Ты осознаешь, что такое приворот? Для отца, для нас? Каковы последствия? Получается, я, ты, Альберт, Дедрик, Шарлотта, рождены в противоестественном союзе. Мы уже по рождению проклятые…

Криспин покачал головой, запустил пальцы в золотистые кудри.

— Я все думаю про Совет. Мы вышли победителями в споре с Имбером. Но ведь они были правы, говоря, что наша семья ненадежна! Мы действительно ненадежны и нам стоит уступить Корону иной семье, надежной.

— А еще самоубиться от горя, — продолжил иронично Дедрик, который никак не мог понять душевных терзаний брата. Пребывание в зазеркалье сделало его не слишком восприимчивым. — Хочешь — уходи из Аксара в глушь, как прежде, задерживать не стану. Но я не уйду, Корону никому не передам и страдать не буду.