Агент силовой разведки

Лугано не слышал, как кто-то громко сказал: «Он умер»; другой женский голос выкрикнул: «Моему отцу плохо! Вызовите «Скорую!» Он шел к выходу, увлекая за собой Николь.

Николь Лаббе была сильной женщиной. Однажды она видела смерть сразу трех человек, а смерть одного не произвела на нее особого впечатления. Это с прикидкой на то, что она желала смерти Жобера.

Они вышли из замка до того, как полиция перекрыла выход.

– Ну вот, теперь у тебя развязаны руки.

– Да, – подтвердила Николь. – Сегодня же займусь оформлением для вывоза коллекции в Тунис. Знаешь, меня не покидает чувство, что это уникальное собрание ценных предметов было частью моего музея, и вот они возвращаются.

«Что верно, то верно, – мысленно ответил ей Лугано. – Но теперь место им не в темном хранилище, а в светлом зале».

– Кстати, ты так и не выдвинул свои требования.

– Ну, требования – это сильно сказано. Если ты не против, я заберу себе копии, перечисленные в таможенной декларации. Уверен, Жобер так и не распаковал их.

– Копии? – Удивлению Николь не было предела. – Кому нужны копии! Ты мог бы потребовать и оригиналы... Но я ловлю тебя на слове.