Афганский гладиатор

– Как специально, нечетное количество. А один большой букет вы сделать сможете?

– Конечно! Посмотреть бы на даму, которой дарят столько цветов.

– Возможно, когда-нибудь и увидите. Итак, сколько я должен заплатить?

Женщина, принявшись собирать цветы в букет, сказала:

Тимохин прикинул – сорок роз по рубль пятьдесят, это шестьдесят рублей, плюс еще рубль пятьдесят, округлим, в общем, шестьдесят пять рублей.

Он достал деньги, отсчитал нужную сумму под завистливые недоброжелательные взгляды соседей-торговцев. Получив огромный букет в зеленой обертке, передал продавщице деньги. Та, пересчитав, хотела вернуть три рубля с полтиной. Тимохин отказался:

– Вы еще будете находиться на рынке или пойдете домой?

– Пойду домой! А завтра отдохну.

– Давайте тогда подвезу вас, я на машине, а то, смотрю, и сумки у вас, наверное, не легкие.

Он видел, что за ящиком стояли две увесистые сумки. Видимо, женщина что-то купила на рынке.

– Дойду как-нибудь. Зачем вам лишние заботы?

– Не надо как-нибудь, если машина под боком, и мне нетрудно проехать по поселку. А вот вам сумки таскать вредно.

– Да это я сегодня закупилась на неделю вперед.

– Держите букет, давайте сумки и пойдем, машина стоит возле старой шашлычной.

– Не за что, пойдемте.

Усадив продавщицу цветами на заднее сиденье, Тимохин хотел было занять место за рулем, но увидел идущего по площадке заместителя начальника Кара-Тепинского районного отдела внутренних дел, своего знакомого капитана милиции. Тот тоже заметил Тимохина и направился к его машине. Александр извинился перед женщиной:

– Простите, я на минуту задержусь, с товарищем поговорю!

Тимохин протянул руку подошедшему капитану:

– Привет, Сапар! Обход рынка проводишь?

– Здравствуй, Саша! Да нет, просто до отдела решил пешком пройти, заодно посмотреть, чем дышит поселок, нет ли чужаков.

– Нормально все! Спекулирует народ потихоньку. Но хитро. Видишь, вдоль забора женщины сидят и всякой мелочью торгуют?

– Так вот на ковриках перед ними обычный, безобидный товар, пряжа, носки, табак, а под юбкой и сигареты импортные, я имею в виду западные, и пиво польское, и лезвия, и насвай. А еще... коробки спичечные с отборной анашой.

– Так чего не прекратишь это безобразие?

– Не все так просто, Саша! Попробуй, подойди к женщинам и прикажи, чтобы юбки подняли. Представляешь, что начнется? Это же нанесение кровной обиды! Торгуют они семьями, мужья, братья рядом бродят. И прикрывает их кто-то из отдела. Догадываюсь кто, но прямых улик не имею. Да если и имел бы, все равно ничего не смог бы сделать. Планирую рейд – торгашки исчезают. Отменяю – появляются. Специфика местной жизни.