Адвокат Империи 11

Всех, кто в ту ночь оказался в Елисеевском дворце.

Но я промахнулся. Слишком сильно промахнулся. Понял это, когда вспомнил её же собственные слова.

«А кто тебе сказал, что я оказывалась в королевской спальне по долгу службы?»

Так она тогда сказала, и я по какой-то причине решил, что она имела в виду именно спальню принца, что оказалось в корне неверным. Окончательное подтверждение этой теории я обнаружил, когда посмотрел на даты.

Первые упоминания о служившей при французском короле советнице невероятной красоты я нашёл примерно за двадцать лет до того момента.

— Луи был твоим сыном, да?

Наверно, если бы я ударил сейчас её ножом в грудь, то не смог бы вызвать такого эффекта. Да, я не мог ощущать её эмоций, но проступившая на лице тупая боль сказала мне куда больше, чем нужно.

Эри облизнула резко пересохшие губы, после чего глубоко вздохнула.

— Да.

— Значит…

— Он послал нашего ребёнка на убой, потому что слишком боялся за собственное положение, — хрипло произнесла она. — Да.

— Эри, ты же презираешь людей. Как так вышло…

— Очень просто. — Она отвернулась.

Её изгнали за пятьдесят лет до того момента, как она нашла пристанище во Франции. До тех пор она просто путешествовала по миру, избегая крупных альфарских анклавов и поселений. В основном проводила время в небольших общинах таких же изгнанников, как и она сама.

Сначала этот момент вызвал у меня некоторое удивление. Альфы очень бережно относились к своим сородичам. Настолько, что даже за самые страшные преступления не карали своих сородичей смертью. Либо изгнание, либо заточение. Приученные жить в замкнутом обществе, те, кому не повезло оказаться выброшенными в реальный мир, пребывали в ужасном состоянии. У них не было ничего, к чему они привыкли за свою долгую и относительно спокойную и безопасную жизнь. И в этом не было ничего удивительного, если вспомнить слова Лара о стагнации их общества.

Так что со временем те, кого по тем или иным причинам изгнали, собирались в небольшие группы, чтобы хоть как-то поддерживать себя. Они работали на людей, принимая у них заказы на ту или иную работу, так как приобретённые за долгую жизнь навыки всё равно оставались с ними.

Эри тоже была одной из них. До какого-то момента. Пока, по её же собственным словам, её не начало выворачивать от отвращения от подобного окружения. Выросшая среди, по сути, альфарской элиты, её воротило от собственных же товарищей по несчастью, которые смирились со своей судьбой и стали чуть ли не наёмниками на службе у тех, кого она терпеть не могла ещё больше.

— Если ты так ненавидела людей, то…

— Как так вышло, что я стала не только служить одному из них, но ещё и легла с ним в одну постель? — с сарказмом спросила она, и её голос сочился ядом.

— Что-то вроде того, — кивнул я.