Адвокат вольного города 4 (СИ)

Ничего не знаю! Или я доложу про нарушение, а там хоть трава не расти.

Я при помощи пантомимы показывал, что не вопрос, будет ей бутылка французского шампанского, главное, пусть пропустит нас по путям.

— Добро, Маринка, будет тебе шампанское, парняга один подвезёт, — по хитрым глазам Василия Ивановича было понятно, что он на такую реакцию и рассчитывал.

— Принято, Ремонтный-Один. Следуйте по маршруту, докладывайте по мере выполнения манёвров.

Нам действительно пришлось простоять перед стрелкой, ожидая прохода неторопливого закопчённого состава с чем-то мутно-белым в открытых вагонах, потом один из рабочих сбегал, повернул стрелку, и мы медленно проехали, не разгоняясь, чтобы он же повернул стрелку обратно и догнал нас по насыпи.

Уже меньше, чем через час, перегон был окончен, «мою» паровозную бригаду забирал всё тот же китайский перевозчик. Я пожал руки рабочим, при этом сунув каждому по полтиннику так, чтобы Василий Иванович не видел. Потом ему, дав денег так, чтобы рабочие не видели, потом прощался с начальником базы Кукушкиной, немолодым усатым мужчиной, который отмалчивался, но дал нам поставить технику и вообще лишних вопросов не задавал, исполняя указания своей слегка криминальной хозяйки.

Про то, что мне надо выезжать, я как-то забыл, так что пришлось ловить экипаж, причём подлый извозчик всё время принюхивался и с подозрением косился на меня по причине одежды, источавшей аромат смазки и угля.

Всё в том же слегка ароматном состоянии прыгнул в машину, доехал до продуктового в центре, купил бутылку французского шампанского «Пьер Периньон» (с небольшим кондитерским прицепом) и повёз «заявку на проезд по общему пути Д-121» в административный корпус железнодорожного вокзала.

На вахте сидел сонный дедок.

— Кудой Вам? — подслеповато сощурился он.

— Мне к диспетчеру Марине Цетрел.

— Я адвокат, документы кое-какие подписать, — я показал ему пакет, в очертаниях которого не было ничего похожего на документы, зато отчётливо усматривалась бутылка и коробка конфет.

Марина оказалась полненькой, вечно хохочущей женщиной, которая курила в открытое настежь окно крошечной комнатки-диспетчерской, приняла бутылку с почтением и передала привет Василию Ивановичу.

Я был рад, что мне не пришлось объяснять, кто я, так что исчез, как только появилась возможность.

После депо я заехал на почту и отправил Скоморошинскому акты оказанных услуг заказным с уведомлением, чтобы иметь, если что, доказательства, что акты были и что это он их не подписал, а не то, чтобы потом сделал вид, что их в природе не существовало.