Звезды падают в небо

Так, на всякий случай, потому что в прошлый раз кое-кто подкрался ну очень незаметно.

— Доброе утро, Танни.

— И тебе того же. Почему ты вчера не сказала мне про пять лет?

— Потому что мы говорили о другом. Это все, о чем ты хотела спросить?

— Этого более чем достаточно. Насколько получится смягчить? — Я чуть понизила голос.

Леона ответила не сразу.

А когда ответила, в ее голосе снова звучали ледяные нотки. Те самые, за которыми сестра всегда скрывала чувства.

— Честно говоря, Танни, я не уверена, что получится. Вообще.

— Я помню, что я говорила. Это было до того, как всплыла информация о случившемся в Ортахарне. — Леона вздохнула. — Поверь, Танни, я вовсе не в восторге от всего, что сейчас происходит, но в сложившихся обстоятельствах с наибольшей вероятностью Гроу будет наказан по всей строгости. Потому что отношения между иртханами и людьми сейчас шатки, как никогда, потому что…

— Потому что вам надо прикрыть свои задницы, — подвела итог я.

— Он нарушил закон, — донеслось резко из трубки.

— Да? А в Ортахарне ты говорила другое.

— Я никогда другого не говорила, — теперь в голосе сестры прозвучал металл. — Я сразу обозначила сроки за то, что он совершил — от трех до пяти лет, и я никогда не оправдывала его поступок. Просто сказала, что ты можешь попытаться смягчить приговор.

— Попытаюсь, не сомневайся. Когда будет проведено слушание?

— Вот и отлично, — ответила я и нажала отбой.

После чего швырнула телефон на столешницу и подошла к окну, обхватив себя руками.

Еще немного — и я окончательно перестану понимать свою сестру.

Закусив губу, я смотрела на океан и на растянутый над водой щит. Иногда безумно хочется вернуться в прошлое: туда, где все знакомо и понятно, где Леона — это просто старшая сестра, не иртханесса, не первая леди, не жена Председателя.

И где она тоже совершает поступки, за которые полагается таэрран.

Да, наверное, природа права, что не наделила меня огнем, потому что я бы ходила в таэрран постоянно.

— О чем задумалась, Танни?

Я же говорила, что кто-то умеет подкрадываться незаметно.

К счастью, Гроу хотя бы оделся: рубашка навыпуск, джинсы. Но даже так он умудрялся выглядеть настолько притягательным, что я махнула рукой на творящийся в голове беспорядок и призналась честно:

— И что ты думаешь о таэрран?

— Я вчера читала Ильеррскую…

— Похоже, ты с ней сроднилась.

— Еще нет, но я к этому близка. — Уселась на барный стул и поставила пятки на перекладины.

— Танни, таэрран не так страшен, как некоторые считают. — Гроу подошел ко мне, и я осознала стратегическую ошибку в тот момент, когда он оперся ладонями о стол, сокращая расстояние между нами. — Когда я поругался с отцом, я долгое время скрывал свое лицо, и пламя было для меня под запретом.