Холодный свет далёкой звезды

– Ты разговаривал с ней?

Не посмотрел даже, словно и неважно, что ответит, только вот не слова интересовали, а интонация, с которой они будут сказаны. Увидеть хотел, как покраснеют от напряжения и злости кончики ушей, как румянец выступит на скулах, как сожмутся кулаки.

– Разговаривал. И Лора отвечала. Тебя только это беспокоит?

– Не понятно просто… – Дёрнул плечом, как от мухи отмахнулся. – Ни с кем не разговаривает, а тебя… хотя прежде не особо переносила… выбрала. Как думаешь, почему? – Прошёлся по кабинету, расставляя по местам собранные вместе стулья. Каждый задвинул под стол, выравнивая, выправляя необходимое равное расстояние. Тут же спрятал кулаки в карманы брюк. Точно кулаки были. Сжатые, напряжённые. Только не ревность это, которую продемонстрировать пытается. Страх. Растерянность. И слова, как способ отвлечь от встречного разглядывания.

– Может, потому, что я её никогда не обманывал? – Предположил Акмаль с явным намёком на запретную тему и с удовольствием отметил, как Ильдар скрипнул зубами. Только снова промолчал.

– Так и Руслан не обманывал, однако, его предпочла игнорировать. Полчаса полнейшего молчания. Как думаешь, это о чём-то говорит?

– Только о том, что Рус твой друг. И всегда пытается выгородить. Он вкратце описал их последнюю встречу, тоже отметил, как Лора напрягалась, когда тебя оправдать пытался. Её нежелание общаться вполне объяснимо. Меня беспокоит другое.

– Поделись соображениями, брат. – Склонил голову набок, Ильдар аккуратно улыбался. Так, чтобы при этом ни одну эмоцию не выпустить на волю, чтобы ни одна морщинка напряжения не выдала.

– Она ни разу не спросила о ребёнке. – Заметно понизил тональность, будто это могло смягчить болезненный удушающий удар. Ильдар не справился. Улыбка с лица ушла, оставляя тень, толстым слоем покрывающую любое показное равнодушие.

– У неё шок. Это пройдёт. – Выдал практически сразу хриплым сдавленным голосом и тут же отвернулся, задирая голову, запрокидывая её. Не был против, когда Акмаль насильно к себе развернул, сжимая в кулаке ткань пиджака. Бесхребетно пошатнулся и смотрел на брата с показательным пофигизмом, даже кривая ухмылка вышла натуральной.

– Ты сам-то себе веришь? Себя сейчас убедить пытаешься или меня? Какой на хрен шок? Неделя прошла! Неделя! А она ни разу о ребёнке не спросила. О желанном ребёнке, о долгожданном! Не спросила что с дочкой, как, почему… – Зло бормотал, вжимаясь в брата всё сильнее.

– Значит, пытается забыть. – Ответил, но заметно было, что также прячется.

– Не забыть, Ильдар! Не забыть! Она подавляет в себе всё это. Эмоции, боль, страх перед реальностью. – Дёргая на себя, сотрясал брата уже двумя кулаками.