В объятьях звёзд (СИ)

— Он не сделает этого, — шепчу, поглаживая спину.

— Ты этого не знаешь, он очень непредсказуем, — бурчит она, вырисовывая узор на груди и не поднимая глаза.

— Там дождь кончился? — спрашиваю, заправляя белую прядь за ухо и оглаживая большим пальцем скулу.

— Нет, — щурится девушка. — Я люблю дождь.

— Знаю, — киваю я. Не помню. Просто знаю. Это странно, но не анализирую. И тянусь за поцелуем.

Лана охотно тянется в ответ. Глаза небесные прикрывает, подаётся всем телом. Такая нежная, отзывчивая. Моя. Это тоже просто знаю. Пробую её, ласково провожу языком между губ, вдыхаю запах, наполняюсь её чувствами.

— Макс, — тянет на выдохе. — Может, ну его, это свидание?

Удивлённо отстраняюсь, в глаза заглядываю. Хотела ведь, и я придумал романтику. Не банальную, там ужин при свечах. Лана опять краснеет, смотрит куда-то в шею и пальчиками ворот футболки сминает.

— Что ты хочешь, Лан? — спрашиваю тихо, готовясь к худшему.

Кажется, я оглох. Или мне послышалось. Заставляю девушку на меня взглянуть. Она пухлые губы облизывает и смотрит пытливо, уверенно.

— Ты хотел двигаться постепенно. Но я скучаю по тебе. Скучаю по нам, — признание выбивает из колеи. И смешит немного. Но я приподнимаюсь на вытянутых руках, нависаю над ней. Лана обнимает за шею, перебирает короткие волосы, смотрит. В душу заглядывает. — Слишком быстро, да?

— Нет, — качаю головой и стягиваю через голову футболку.

Лана тут же смещает руки на плечи. Оглаживает мышцы. Нажимает подушечками пальцев, царапает короткими ногтями. Она везде трогает. Изучает. И губы облизывает. А меня кроет только от этих простых действий. Кровь бурлит, нервы натянуты как канаты, мышцы судорогой сводит. Я тоже хочу её. До одури. Безумно. Только сдерживаюсь.

Девушка приподнимается и прижимается губами к ключице. Меня огнём прошибает. В лёгких кислород сжигается и голову напрочь сносит. Поддеваю подол сарафана и тяну наверх. Лана охотно помогает мне, не прячется стыдливо. Не жмётся. Просто смотрит на меня с щемящей любовью, безграничным доверием и нежностью.

— Я девственник, Лан, — шепчу, едва-едва касаясь границ кружевных чашечек, в которых закована молочная белая грудь, а она хохочет и мотает головой.

— Мы это исправим, — голос у неё дрожит, да и она вся подо мной немного дрожит.

Усмехаюсь и вновь целую её. Она сама прижимается. Грудью скользит по моей груди. Обнимает за шею. Крепко, будто боится, что убегу.

Сместившись ниже, целую в шею. Ласкаю языком ямочку между ключицами. Дышит тяжело, царапает кожу головы, позволяя изучать своё тело. А мне хочется всю её целовать. Хочется трогать, гладить, ласкать, как она это делала несколькими минутами ранее.

Опускаю лямки бюстгальтера и чашечки вниз оттягиваю. Грудь у неё красивая. Молочная, с тёмными ореолами и тугими пиками.