Дотянуться до звёзд

– Подождите, подождите, подождите! – запротестовала Ма.

Я весь напрягся."

"– Думаю, нам всем следует сказать, за что мы благодарны. Хорошо, я начну. О, нет-нет, я передумала. Хочу высказаться последней, потому что моя благодарность будет самая длинная. Уэс, детка, почему бы тебе не начать?

Я вдохнул и выдохнул, стараясь не смотреть на Коннора – он обязательно принялся бы меня смешить. Мой взгляд остановился на Отем.

«Я благодарен за ее улыбку,

Хоть она предназначена и не мне».

Я кашлянул.

– Я благодарен за то, что все мы собрались здесь вместе, и спасибо мистеру и миссис Дрейк за то, что они нас пригласили.

«Красноречие – твое второе имя, Уэс Тёрнер».

Ма фыркнула.

– Не мог покрасивее сказать? Вспомнить только все те чудесные слова, которые ты пи…

– Эй, Коннор, почему бы тебе не продолжить? – сказал я. Громко.

– Да, ага, конечно. – Коннор поерзал на стуле.

Он повернулся к Отем и взял ее за руку.

– Я благодарен за то, что эта потрясающая девушка рядом со мной. Спасибо, что ты рядом.

Он наклонился и нежно ее поцеловал.

– Я тоже благодарна за то, что я с тобой. И за то, что я здесь, со всеми вами. – Отем обвела взглядом всех собравшихся за столом, потом снова поглядела на Коннора. – Я благодарна, что ты не сдался, когда я твердила, что слишком занята, что у меня разбито сердце. Я благодарна за твое чувство юмора, которое выручает меня, если мне хочется смеяться, и за твои стихи, от которых мне порой хочется плакать.

– Стихи? – переспросила Ма. – С каких это пор ты пишешь стихи, малыш Коннор?

Мои руки под столом сжались в кулаки.

– Это мое хобби, балуюсь на досуге, – сказал Коннор.

Мистер и миссис Дрейк обменялись взглядами, значения которых я не понял.

– Вот что гуманитарный колледж делает с человеком, – протянул Джефферсон и подмигнул. – Ты еще играешь в бейсбол или теперь это для тебя слишком суровый спорт?

– Оказывается, Коннор пишет чудесные стихи, – напряженно проговорила Отем, выпрямляя спину. – Думаю, многие проблемы в этой стране разрешились бы, если бы мужчины смело выражали свои чувства, а не подавляли свои эмоции, пытаясь демонстрировать маскулинность и силу.

– Ну уж, ну уж, – усмехнулся Пол, поднимая бокал.

Отем погладила Коннора по щеке тыльной стороной ладони.

– Надеюсь, ты никогда не бросишь писать стихи.

– Не брошу, – ответил он и кашлянул, глядя куда угодно, только не на меня.

Ма надула щеки.

– Чудеса, да и только. – Она пожала плечами и повернулась к Джефферсону. – А ты за что благодарен, милый, помимо того, что у тебя такая чудесная невеста?

Джефферсон просиял.

– Я горжусь и благодарен, что такая восхитительная женщина согласилась стать моей женой.