Укрощение зверя

Пройди они еще с десяток метров, и провалились бы в бездонный колодец топи, мирно поджидавший путников.

Еще одна волна холодного воздуха вылилась на поляну. А вслед за ней из лесных зарослей по другую ее сторону хлынул синий – по ощущению, а не по зрительному восприятию – туман. Над острыми кончиками сучьев и трав бесшумно вспыхнули огоньки. Запахло гнилью.

– Метан! – выдохнул Илья. – Быстро назад!

Они метнулись прочь от поляны-трясины, из центра которой ударил в ночное небо фонтан болотного газа. Однако волна метана накрыла их с головой, видимость резко ухудшилась, темп бега снизился, и обоим пришлось переходить на голотропное дыхание, не нуждающееся в легких.

Внезапно Илья отметил нарастание психоэмоционального напряжения по мере того, как они приближались к торфяному берегу, и завертел головой, сосредоточиваясь на ментальном «зрении». И тотчас же обнаружил три тусклые «медузы» – ауры людей, появившихся на том месте, где разведчики оставили лодку. Илья тронул бегущего рядом Антона за рукав, останавливая его.

– Там засада!

Говорить было трудно, волна метана и других болотных газов забивала носоглотку, раздражая гортань.

– Обходим? – выхрипнул Громов.

– Ты влево, я вправо!

Через две минуты оба выскочили на берег озера, пружинящий и мелко вздрагивающий под ногами, справа и слева от прохода, по которому бежали до этого.

Их, конечно же, ждали, но синий туман, выплеснувшийся с берега на озеро, помешал и засадной группе, заставив ее бойцов заняться одеванием противогазов."

"Илья обнаружил своего противника на пару секунд раньше, чем тот его. Это был высокий молодой человек в таком же комбинезоне, что был и на Пашине. В руках он держал рогатину. В другое время Илья только посмеялся бы над таким вооружением, но он уже знал, что служители Храма могут использовать в качестве оружия любой острый предмет, а рогатины очень даже неплохо метали энергетические разряды.

Парень среагировал на сгущение тумана слишком поздно. Его рогатина плюнула сгустками лилового свечения, которые с визгом прошили воздух в метре от Ильи, но он был уже в движении, и «выстрелить» еще раз боец засадного отряда не успел. Удар в грудь отбросил его на кусты ивняка, а от второго удара он перелетел через кочку и свалился в воду.

Илья замер на месте, обращаясь в слух.

Слой торфа под ногами продолжал вздрагивать и дрожать, в трех десятках метров от замершего Пашина слышалась какая-то возня. В поле ментального зрения проявились целых три «медузы»-ауры, одна из которых принадлежала Антону, отличаясь по цвету от двух других.

Илья метнулся в ту сторону, чувствуя приближение упадка сил: мышцы требовали кислорода, голотропное дыхание не давало такого объема, какой требовался для интенсивной энергоотдачи.