Укрощение зверя

Полоса камыша и высоких метельчатых трав, за которой начинался низкий топкий берег, приблизилась. Лодка уткнулась в нее, повернула, следуя изгибам стены.

– Ищи проход.

– Ищу…

Прошли полчаса, час, гребцы утомились, но упорно шли вдоль берега, пытаясь найти подходы к болоту. Если служители культа Морока и в самом деле спрятали Врата на болоте, то к тому месту должна была вести протока.

– Стоп! – скомандовал Илья, угадав в сплошных зарослях более светлую арку. – Сюда!

Подплыли ближе, осторожно втиснули лодку в узкую щель между плотными островками травы.

Внезапно похолодало. Оба замерли, обращаясь в слух.

Магидат замигал чаще, а цвет его свечения сместился от фиолетового к красному диапазону.

Вслед за волной холода с берега прилетел низкий подземный гул. Лодку качнула волна.

– Что за черт?! Колдовская «мина» рванула?!

– Вполне…

– Уходим?

– Не спеши, сторожа этих мест на это и рассчитывают. Плывем дальше.

Лодка заскользила по расширившемуся проходу и вскоре вышла к заводи, окруженной со всех сторон стеной камыша и тростника. Берег озера в этом месте представлял собой слой торфа, который возвышался над водой всего на полметра и казался твердым как камень. Впрочем, он и в самом деле был засохшим, достаточно прочным и упруго пружинил под ногами. А слева, под склонившейся к воде стеной кустарника, виднелась корма затопленной лодки и часть весла.

– Посланец Георгия, – пробормотал Антон. – Вот откуда он не вернулся. Что показывает компас?

– Ничего, Врат здесь нет. Но что-то есть…

– Что?

– Возможно, еще одна «мина».

– В таком случае нас пытаются заманить в ловушку.

– Вероятно.

– Тогда надо срочно валить отсюда!

– Пока не убедимся, что Лик Беса отсутствует, не уйдем.

– Но ведь перстень молчит.

– Прогуляемся по бережку, посмотрим, куда ведет эта тропинка, и вернемся.

– Без оружия неуютно…

– Хочешь, дам уморь?

– Я не колдун, – фыркнул Антон. – Тебе дали, ты и пользуйся. Ладно, это я просто пытаюсь отстроиться от звона в ушах, не дает сосредоточиться. Лодку здесь оставим?

– Нет смысла отводить ее на озеро.

Илья вылез на слой торфа, заколебавшийся под ним, топнул ногой.

– Держит.

Вылез и Антон. Оглядевшись, они двинулись по торфяной платформе в глубь болота, нашли проход между кустами ольхи и рябины, углубились в заросли каких-то осоковидных трав. Тропинкой эту естественную дорожку назвать было нельзя, тем не менее было видно, что ею пользовались, и разведчики удвоили осторожность, отмечая все подозрительные кочки и корневые узлы, вслушиваясь в подозрительные шорохи и скрипы.

Дорожка привела к поляне, поросшей сочной травой и мхом. Но это была не поляна, а самая настоящая трясина, о чем и Антону, и Илье шепнула их интуиция.