Огненный Зверь

Вы добрый дедушка Володя, который приносит подарки, вы видите счастливые лица, а я вижу кровь и слезы! — я переоценила Кирилла, он сорвался, усталость давала о себе знать. — Вы прекрасно знаете, что такого, как в этом году, у нас еще не было! У нас всегда были старшие, которые уже привыкли ко всему, они могли помочь с маленькими. А сейчас старшему тринадцать, и он и то у нас второй месяц! У нас полсотни новеньких! И большая часть из них осиротела недавно! И им нужна помощь того, кто чувствует, как они. Я не хочу, чтобы умер кто-то еще! Вы правы, ситуация с Артемом тут ни причем, мой грех, на моей совести. Но сейчас речь о тех, кто еще жив!

Что-то еще загремело, Золотаревский, разбил еще что-то.

— Все! — вскричал он. — Не хочу больше ничего слышать! Я свое слово сказал! Твое мнение не учитывается! Ты обязан мне подчиняться!

— Владимир Петрович, — снова попытался воззвать Кирилл.

— Я сказал: НЕТ! — не унимался старик. — Я сейчас же звоню охране Яслей и запрещаю им тебя туда пускать под страхом увольнения. Вот и увидим, кого из нас они послушают!

— Владимир Петрович…

— Нет! Сейчас же домой и спать! Ноги твоей в Яслях не будет до завтра!

Мы с Леночкой еле успели отскочить, когда двери с грохотом распахнулись, и Кирилл пулей вылетел из кабинета. Он был в бешенстве. Что ж, уйти было самым правильным решением, еще немного, и это он бы стал кидаться посудой.

Он быстрым шагом пересек приемную и хлопнул дверью на прощание.

— Вот это да, — присвистнула Леночка. — Какой богатый на события денек. Кирилл бьет все рекорды. Это ты его так подожгла, а, Огненная?

Я замахнулась на нее, она деланно пискнула и отскочила. Однако я вовсе не шутила, мне на самом деле хотелось ее огреть.

В этот момент из кабинета раздалось оханье.

— Владимир Петрович! — я бросилась туда."

"Старик, держась за сердце, красный, как рак, оседал на пол. В углу валялись осколки вазы, посередине помещения — стакана.

— Владимир Петрович! — пискнула Леночка.

— Не ори! — шикнула я на нее, удержав Золотаревского от падения и усадив в кресло. — Вот так, спокойно, дышите. Вы таблетки какие-нибудь принимаете?

— У Леночки, — простонал он.

— Тащи таблетки! — закричала я. — Хватит блеять! И воду!

Леночка прискакала уже через минуту и сунула мне баночку с таблетками и поставила воду на стол.

— Может ""скорую""? — жалобно спросила она.

Я посмотрела на старика, его лицо начало уже приобретать нормальный цвет, рука со стаканом тряслась уже меньше.

— Не надо ""скорую"", — решила я. — Выйди, пожалуйста.

— Но…

Я вперилась в нее таким взглядом, что она снова ойкнула и без возражений выскочила за дверь.

— Как вы? — я присела возле Золотаревского на корточки. — Может быть, правда, врача?

— Нет, — он замотал головой. — Все правильно, не надо докторов.