Огненный Зверь

Наверное, Кирилл сделал худшее, что только мог, он дал мне надежду, надежду на то, что я тоже для него что-то значу. Когда у тебя есть надежда, это еще хуже. Когда знаешь, что надеяться не на что, куда проще смириться со своим положением.

Пока я вела внутренние диалоги со Зверем, собрание плавно завершилось. Хорошо, что наши сборища только ассоциировались у меня с учебой в школе, иначе если бы у меня спросили, что нового я усвоила на этом уроке, я бы выпучила глаза и спросила: ""А какая тема?""

Я услышала лишь последнюю фразу:

— Ну, вот и все, спасибо всем за участие. Все могут двигаться по своим делам. До понедельника и счастливых выходных. Изольда, — о, это уже мне, вовремя же я решила, что пора бы послушать, у тебя двадцать минут, потом жду в кабинете.

— Хорошо, Владимир Петрович, — отозвалась я, давая понять, что слышу его. Заметил ли он мою ""отключку"" во время собрания?

Тем временем Золотаревский подошел к Кириллу.

— Можно тебя на минутку, — позвал он его.

Кирилл кивнул и вышел вслед за ним.

— Ты изменилась, — вдруг обратился ко мне Ковров, я вздрогнула. Обычно он со мной не заговаривал.

— Изменилась? — вежливо переспросила я.

— Хорошо держишь себя в руках, — пояснил он. — Разительная разница по сравнению с тем, какой ты сюда пришла.

— Владимир Петрович тоже говорит, что я делаю успехи, — сдержанно отозвалась я.

— Прогресс на лицо, — он подарил мне уважительный кивок. — Может быть, ты уже готова передать кому-нибудь Зверя?

Я нахмурилась. По правде говоря, мысль о передаче Зверя посещала меня значительно реже, чем раньше. В любом случае, я определилась, что не передам его кому попало, только после того, как сам Зверь одобрит своего нового носителя, и этот человек будет рад и готов принять его.

— Владимир Петрович говорит, не раньше, чем через месяц-полтора, — ответила я, не став врать. Мы же все здесь свои, не так ли? — Я не тороплюсь, пока Владимир Петрович не нашел никого, что бы смог взять эту ношу вместо меня.

— Действительно, — одобрительно улыбнулся Ковров, — торопиться некуда. Что ж, — он поднялся со своего стула, — до понедельника всем, друзья.

Я удивленно смотрела ему вслед. Может быть, я ошибалась насчет него? Не такой уж он и вредный, ну, с характером мужик, но кто сказал, что он должен бросаться с распростертыми объятиями к первой встречной?

Остальные о чем-то разговаривали. Кирилл был с Золотаревским в кабинете, идти мне было некуда. Выйти в приемную и попасть под Леночкин обстрел? Нет уж, увольте, подожду тут.

Устав сидеть, я встала, пошаталась возле стола и потом подошла к окну, встала рядом, сложив руки на груди. Ветер на улице усилился, жухлые листья, сорванные с деревьев, бились о стекло.

— О чем думаешь?

Я повернула голову. Илона, как и Ковров, никогда со мной не разговаривала.