Изумрудные зубки

– Лучше всего здесь готовят седло ягненка под молочно-брусничным соусом, – поделилась «секретом» с лейтенантом Сычева.

– Ты завсегдатай? – Карантаев сел напротив и огляделся.

Подбежал официант – тоже в байкерском прикиде, и сунул им в руки меню в кожаной черной обложке.

– Давненько к нам не заглядывали, – с улыбкой сказал он Сычевой.

– Повзрослела, остепенилась, продала мотоцикл, – вздохнула Сычева и, даже не заглянув в меню, отложила его на край стола. – Мне, Марат, как всегда, и товарищу моему то же самое, только без «Маргариты», он за рулем.

Официант кивнул и, лавируя между столиками, скрылся на кухне.

– Жаль, что ты проходишь по делу. Я хотел бы иметь с тобой неформальные отношения, – сказал Карантаев, рассматривая свой сбитый на костяшках кулак.

– Судя по большому количеству спецсредств, которые ты при себе имеешь, ты со многими, кто проходит по делу, хотел бы иметь неформальные отношения, – усмехнулась Сычева, наливая себе минералку, в качестве бесплатного бонуса стоявшую на столе.

– Ты имеешь в виду мешок презервативов? – уши Карантаева опять стали наливаться розовым цветом. Он спрятал сбитый кулак под стол и в упор уставился на Сычеву. – Так я это... вчера подпольный цех накрыл. Индусы презервативы левые, несертифицированные по коробочкам паковали и по аптекам рассовывали. Наши парни весь товар конфисковали, а этот мешок нерасфасованных резиновых изделий я потом уже в подсобке нашел, вот в багажник и запихнул.

– Я имела в виду наручники.

– А-а, так они всегда при мне! Мало ли что. Работа такая. – Карантаев тоже налил себе минералки и мелкими глотками начал пить ее, запрокинув голову. Кадык ходил на его горле как поршень, а сбитая рука чуть заметно дрожала. Сычева снова припомнила вкус лейтенантских соленых губ. Этот вкус ей самым бессовестным образом нравился, и она самым бессовестным образом не побоялась себе в этом признаться.

Официант принес заказ.

Карантаев набросился на еду так, будто голодал минимум последние года три. Пренебрегая ножом, он вгрызся в кусок мяса с остервенением неандертальца.

– А где подружки, которые садик вместе с тобой штурмовали? – спросил он, когда расправился с основным блюдом.

– Понятия не имею. – Сычева чинно отрезала маленькие кусочки мяса и отправляла их в рот. – Домой, наверное, укатили, когда увидели, как ты меня в наручниках тащишь!

– А я думаю, они следили за нами на раздолбанных «Жигулях» до самого ресторана, и теперь сидят где-нибудь в подворотне в ожидании, когда мы насытимся."

"– Вот еще! – стараясь показаться искренней, громко фыркнула Сычева.