Зов глубины

Да уж, родители чего только не наплетут. Может, они и сами в это верят, не замечая, что их слова расходятся с делом.

– А теперь расскажи про «Бентос II» – хочу убедиться, что ARAC не транжирит мои деньги и деньги других инвесторов! – Отец весело рассмеялся, но Карима похолодела. А вдруг экипаж станции принял их с матерью за контролёров? Только не это!

Карима рассказала, что им пришлось пережить, и ещё раз описала моретрясение, о котором передавали короткий репортаж в теленовостях.

– Хорошо, что один из членов экипажа заранее почувствовал моретрясение, а то бы нам несдобровать. – Она снова подумала о Леоне. Этот парень никак не шёл у неё из головы.

– Как ты ладишь с Натали? – спросил отец. – Кажется, моретрясение немного выбило её из колеи. Гавайи то и дело упоминают в сводках новостей. У вас точно всё нормально?

– Да-да, всё хорошо, – ответила Карима, мысленно добавив: «Только вот море, кажется, сходит с ума».

Она вспоминала глубоководных обитателей у пляжа Мауи, происшествие с Леоном, едва не стоившее ему жизни, фиолетовые смертельные зоны, морское свечение, имевшее отвратительные последствия, и дохлых рыб на берегу. Нет, сейчас она не хочет об этом рассказывать, чтобы не волновать папу.

– Ну, тогда всё отлично. – Отец начал перечислять, по каким горным маршрутам собирается сходить в поход с Ханной. Карима улыбнулась и пожелала ему хорошо провести время.

Бредя к матери, которая уже ждала её в вестибюле, чтобы поехать к вулкану, Карима нащупала в кармане толстовки мятый листок. Достав его, она прочла: Julian.DiMarco@ARAC-benthos-II.com.

Карима задумчиво смотрела на адрес, и вдруг её осенило.

Придётся маме ещё немного её подождать.

На этот раз Леон не стал задерживаться снаружи – настроение пропало. Люси всё ещё не отвечала.

– Эй, присоска, на обиженных воду возят, ты в курсе? – мысленно заговорил он с ней, но Люси поставила блок, отклонив контакт. Леону и так было тошно. Подслушав разговор Элларда с Коваляйненом, он чувствовал себя как в тот день у северного побережья острова Оа́ху[21], когда во время сёрфинга они с Тимом, переоценив свои силы, оказались во власти сильного прибоя. Волны высотой несколько метров одна за другой обрушивались на них, не давая ни секунды передышки. А сейчас его так же терзали мысли.

Почему Эллард не рассказал им, что на других станциях возникли проблемы? Можно ли ему ещё доверять? Эта мысль вызвала у Леона горечь, потому что Джеймс Эллард ему в общем-то нравился. Он, конечно, строг, как и положено бывшему военному водолазу, привыкшему на флоте к дисциплине. Но Эллард всегда был очень заботлив – настолько, что Том за глаза прозвал его наседкой.