Зов глубины

Ещё одна теория рассыпалась на глазах!

– Но такой проект есть? И его даже в самом ARAC не все одобряют? – допытывался Леон.

Тим положил бургер на поднос и вытер салфеткой кетчуп с рук.

– Всё, хватит болтать, – сказал он, поджав губы. – Скажи-ка лучше, что ты сделал с Люси. Где она?

– В безопасном месте, – упрямо ответил Леон. – И если хочешь знать, я в курсе о стволовых клетках в её организме.

Тим уставился на него:

– Леон, не знаю, откуда ты взял эту информацию, но ты уверен, что всё правильно понял? С каких пор ты разбираешься в клеточных культурах?

Леон начинал нервничать. Разговор явно зашёл не туда. Ясное дело – с точки зрения ARAC он провинился, но его задел холодный тон приёмного отца: похоже, Тима мало интересует, почему Леон вообще сбежал. Какой бы вопрос Леон ему ни задал, Тим в корне пресекал все разговоры, и теперь Леон начинал сомневаться, действительно ли Тим ничего не знает о секретных проектах ARAC. Может, встреча с ним была ошибкой? Леон опять беспокойно обвёл взглядом ресторан, прозондировав новых посетителей. Они с Каримой договорились, что она посигналит, если заметит что-то подозрительное, но пока она этого не сделала. Леон не решался посмотреть в окно на её машину, чтобы Тим не догадался, что его союзница совсем рядом.

Леон снова повернулся к Тиму, задержался взглядом на приятных чертах лица приёмного отца, разглядывая его словно незнакомца, и внезапно ему стали безразличны «чёрные курильщики» и стволовые клетки. Вспомнив старину Джо, он вдруг понял, что делать."

"– Тим, – прошептал Леон, и Тим с недоумением наклонился к нему через весь стол: из-за детского нытья за соседним столиком трудно было что-то разобрать. – Если я задам тебе три вопроса и ты пообещаешь честно на них ответить, я скажу тебе, где Люси.

Тим медленно откинулся на спинку стула. После долгого раздумья он кивнул:

– Ну ладно, идёт. Спрашивай.

Леон глубоко вдохнул.

Три вопроса

– Почему меня усыновил именно ты, хотя у меня где-то есть тётя? – спросил Леон, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Глаза у Тима округлились: он явно не был готов к этому вопросу. Уставившись в стол, он теребил лежащие перед ним солнечные очки.

– После того несчастного случая мы все были в шоке – ты, я, все мы. Я не знал, есть ли у тебя родственники, но ARAC навёл справки и выяснил, что есть, хотя твой отец ещё несколько лет назад перестал поддерживать связь с сестрой в Айове. Вообще-то дело можно было считать решённым. Но потом Фабьенн Роджерс позвала меня поговорить. Она знала тебя и знала… знала, что у тебя редкий талант. – Прочистив горло, Тим недолго помолчал. – Она предложила мне тебя усыновить, чтобы ты мог продолжать нырять. Органам опеки ведь вовсе не обязательно знать об этой тётке.