Зов глубины

Они с Люси по-прежнему могут рассчитывать только на себя!

Глубокие порезы на плече разболелись ещё сильнее – лишь бы не воспалились: только заражения крови ему сейчас не хватает. Он впервые пожалел, что здесь нет строгой Чон – бортового врача в белоснежном халате с «Бентоса II»."

"Стиснув зубы, Леон выбрал тенистое местечко неподалёку от длинного дома и начал латать окси-скин герметизирующим составом. Он работал сосредоточенно, не поднимая головы, чтобы не пропустить ни одного повреждения: на глубине шестисот метров даже крошечная течь может обернуться плачевно. А что с дайвпадом? В обычных обстоятельствах его бы починила Паула, а теперь придётся справляться самому. Нужный инструмент, наверное, найдётся только у Длинного Т. – эх, надо было поддаться ему во время игры в баскетбол!

Незнакомый мужской голос с ужасным немецким акцентом вывел его из задумчивости:

– Извиньите, можно вас на пару слофф?

Подняв голову, Леон с удивлением заметил, что солнце уже низко. Он совсем потерял счёт времени. Перед ним стоял мужчина лет пятидесяти с седой бородой и добродушным взглядом. Он был в застиранной джинсовой рубашке с вышитым на грудном кармане солнцем и надписью HALLMEIER SOLAR, шортах и треккинговых сандалиях. Ага, видимо, один из пожилых поселенцев.

– Привьет, я Франц, зови менья Фрэнки, – представился мужчина, нещадно коверкая английские слова. – А ты Леон, да? Пайдьом скорее, к тебье пришли.

– Ко мне?! – опешил Леон. Не может быть – никто не знает, что он здесь! Чёрт, неужели пеленгатор под кожей у Люси до конца не отключился и время от времени передавал данные об их местонахождении?! Кто за ним явился – сотрудники ARAC? Полиция?

Фрэнки пошёл вперёд. Осторожно свернув окси-скин, Леон сунул его в вещмешок и встал.

За тропическими кустами стояла девочка с волосами цвета мёда. При виде неё у Леона пересохло в горле, бешено заколотилось сердце и закружилась голова. Он двинулся к ней, механически переставляя ноги, и если бы наступил сейчас на колючку, то вряд ли бы почувствовал.

Улыбнувшись, Фрэнки оставил их наедине.

Карима запыхалась и вспотела, сандалии запылились, а когда она шагнула ему навстречу, её хромота была заметнее обычного, но глаза у неё сияли.

– Спуск сюда ужасно крутой, – сбивчиво поведала она. – Я вышла из машины, посмотрела вниз и подумала – нет, лучше не рисковать, а то внедорожник перевернётся и покатится под откос. Поэтому я оставила его примерно в миле отсюда и дальше пошла пешком. Уфф.

– Пошла пешком, – повторил Леон, понимая, что кажется Кариме тугодумом. Наверное, он вдобавок ещё и покраснел и выглядит полным идиотом. Он вдруг вспомнил их последнюю встречу, когда Карима, увидев его в окси-скине, застыла, онемев, в дверях шлюза.

Карима и в этот раз потрясённо его разглядывала.