Зов глубины

Обычным водолазам приходится крайне медленно подниматься с глубины на поверхность, чтобы организм успел адаптироваться. Под высоким давлением содержащиеся в воздухе газы, например азот, переходят в кровь. Во время подъёма необходимы долгие перерывы, чтобы выдохнуть газ. Если этим правилом пренебречь, наступают ужасные, а часто и смертельные последствия: во всём теле образуются пузырьки газа, кровь начинает пениться. Происходит то же, что с бутылкой газировки, если её взболтать, а потом открыть. Чем глубже ныряешь, тем больше опасность. После возвращения с глубины нескольких сотен метров водолазов на несколько дней, а то и недель помещают в декомпрессионную барокамеру. Только те, кто дышит жидкостью, избавлен от этой участи. Ныряя, Леон и другие подростки не вдыхают никаких иных газов, кроме растворённого в воде кислорода, поэтому пузырьки им нипочём.

Но всё равно странно всплывать всё выше и выше… На самый верх. Леон с Билли и Шолой всего раз поднимались со станции на поверхность, а Эллард сопровождал их в батискафе. В этот раз подъём затягивался, и Леон заволновался: сколько перфторуглерода вытекает? Как долго он ещё сможет дышать? От сломанного дайвпада толку было мало.

Наконец он различил первый слабый свет. Не сине-зелёное биохимическое свечение глубоководных обитателей, а свет с поверхности – настоящие солнечные лучи, проникающие сквозь толщу воды! Леон плыл им навстречу, и вокруг были уже не чернила, а бескрайняя синева.

И вот они наверху – в открытом океане. Пенистые волны перекатывались через Леона, солнце сквозь зашкаливающие усилители остаточного света больно резало глаза. Но воздухом он дышать не мог, потому что не решался расстегнуть костюм. Перфторуглерода, правда, осталось совсем мало – но как избавиться на поверхности от жидкости в лёгких?

– А вдруг я утону! Эти чёртовы волны швыряют меня то вверх, то вниз!

– А ещё тут светло! Слишком светло! – простонала Люси, зажмурив поперечные щёлки глаз.

Вдалеке возвышалось изрезанное бухтами восточное побережье острова Гавайи. А перед ним маячило что-то чёрное – вот из волн вынырнул нос… Судно!

Леон высунул из воды руку и помахал – помощь сейчас очень кстати! Во впадине между гребнями волн он потерял судно из виду, а когда оно показалось снова, то стало уже крупнее – видимо, держит курс к ним с Люси.

– Лучше не показывайся, Люси, присосись к днищу. На всякий случай.

– Хорошо. Не буду никого пугать! – беззвучно захихикала Люси и скрылась под водой. Вовремя: перед ним уже высился борт.

Он сильно отличался от тех, к каким привык Леон. От корпуса отслаивалась чёрная краска, кое-где виднелась ржавчина, а под ватерлинией обосновались ракушки.