Золотой воин

– И что же, теперь ты никогда не найдешь своих родных и свой дом?

– Дом? – Корнелий вздохнул. – Нет, едва ли я найду дом или каких-то родственников. Мне уже много лет, Хивва платила мне за верность молодостью.

– Сколько же ты живешь, Корнелий?

– Наверное, уже больше ста лет.

Он вздохнул и принялся чертить на песке какие-то фигуры.

– А ты говоришь – дом. Мой дом едва ли уцелел, но вот земля должна остаться, может быть, там такая же речка, холмы и лес. Ну, и самое главное – память. Если прежняя, ранняя память вернется ко мне, я стану другим человеком. Я увижу небо над головой и облака.

– А что ты видишь сейчас? – осторожно спросил Питер, невольно посмотрев на небо.

– Я вижу черные тучи, которые вот-вот обрушатся, и тогда мне себя уже никогда не вспомнить. Год назад мне было видение, будто я стою в центре лабиринта и не могу вспомнить, как из него выбраться. Долго стоял, а потом появился какой-то мальчик. Он подошел, молча взял меня за руку и повел по коридорам.

– Потом я увидел солнце. А этот мальчик… Думаю, это был ты, Питер.

– Конечно. Если я дам тебе в руки способность защитить себя, это будет благое дело, возможно, за это небеса приоткроют мне нужную дверь, укажут путь из лабиринта.

Они посидели еще, потом Корнелий поднялся.

– Я уже ничего не чувствую.

– Тогда тебе пора идти в реку.

Питер встал и поспешил за своими корзинами. Когда он уже заходил с ними в воду, Корнелий сказал:

– Это я предложил Лусху взять плеть.

– Я знаю, – ответил Питер. – Догадался позже.

– И что ты об этом думаешь?

– Я думаю, ты знаешь, что делаешь.

Сказав это, Питер стал заходить на глубину, чувствуя, как теплые струи треплют штанины и полы рубахи.

Перебравшись через реку, он пришел к поваленному дереву и, достав из-под него башмаки, принялся обуваться.

На мгновение ему показалось, что он падает назад, в какую-то бездонную пропасть. Ощущение было таким отчетливым, что Питер закричал и, упав, покатился по траве, чтобы поскорее почувствовать твердую землю и… рассеять разрушавшую его силу страха.

– А ты смышленый, Питер Фонтен… – прозвучал голос незнакомца, стоявшего с другой стороны поваленного дерева. Он был похож на тех троих, что так неожиданно появились вчера во дворе и до беспамятства напугали Бриана. Те же длинные одежды, тот же опущенный капюшон, скрывающий половину лица.

– Кто вы? – спросил Питер, с беспокойством поглядывая на оставленные возле дерева корзины.

– О, твои лягушки! – Незнакомец улыбнулся, по его длинному плащу побежали синие искры. – Я не трону их, обещаю.

– Что вам от меня нужно?

– Просто скажи – зачем к тебе вчера приходили гости?

– Они напугали моего товарища и все время спрашивали, кто я такой.