Золотой стриж

Кадет маялся неподалеку, потом сел рядом. Форму он уже надел обратно.

– Сейчас как раз восемьсот шестьдесят второй год, – произнес Кадет, глядя, как алый круг солнца касается дальнего берега.

– Это много? – тускло спросил Нил.

– Очень много. Мир совсем старый. – Кадет помолчал. – Рюрик – ястребиное имя. Я не знаю никакого Рюрика, но я и вообще, если честно, не так уж много знаю. Вполне возможно, где-то он существует. А слово «рус» на их языке значит «безумец». – Он хмыкнул. – Смягчение последнего звука превращает слово в название места. Русь – это…

– Земля безумцев, – пробормотал Нил.

– Да. – В темных глазах Кадета вдруг появилось спокойное, довольное выражение. Не улыбка, но что-то отдаленно на нее похожее. – По-моему, название… – Он замялся, но все-таки произнес: – Отличное.

Нил зажал уши руками. Жизнь и так обрушилась на него всем своим весом, а Кадет еще и добавлял.

– И что теперь будет?

– Война. И я не знаю, как нам в ней победить, – ты пока даже не видел, на что способны истинные Ястребы. Но пророчества не исполняются сами, нужно им помогать.

– Я… Я все решил, – глухо произнес Нил, упираясь лбом в колени, и Кадет с интересом посмотрел на него, ожидая продолжения. – Я сейчас уйду. Не ходи за мной. Пусть кто-нибудь другой теперь всем займется, я не справлюсь. Магии у меня нет, а больше я ничего не умею. Это не для меня – такие… Такие большие события. Объединить земли. Выгнать Ястребов. Пригласить одного обратно. Я ухожу.

Но солнце проваливалось в озеро все глубже, оседало за горизонт, а Нил так никуда и не ушел – сидел и смотрел, как над водой носятся стрижи.

– Могу я выразить свое мнение? – спросил Кадет минут через пять. – Ястребы знают о местах силы больше, чем любой другой народ, и, судя по древним легендам, вот что несомненно: каждый край похож на своего основателя, берет и его лучшие качества, и недостатки. Люди, населяющие определенный квадрат, часто получают характер, похожий на основателя, будто впитывают его из земли.

Нил застонал. Он и сам-то не хотел на себя быть похож: тупица, ни на что не годный без магии.

– Если эта земля будет похожа на тебя, это будет лучший из краев, – закончил Кадет, и Нил удивленно посмотрел на него. Такого продолжения он не ждал. – Я помогу тебе, чем смогу. Считай, что я перешел в твое подчинение. Мне трудно без приказов, я слишком… Слишком к ним привык.

– Ты мне не раб, – пробормотал Нил, чувствуя, как на щеках проступают красные пятна.

– Я никогда еще не чувствовал себя таким свободным, – сухо ответил Кадет.

Нил молчал, пока от солнца, уходящего в озеро, не осталась только алая кромка, а потом протянул руку к торчащему рядом деревцу с острыми зелеными иглами. Он оторвал несколько, прижал к носу, вдыхая запах.