Золотой пленник

Питер, ни жив ни мертв, выступил из-за дерева и вскинул рогатку.

Все произошло как на тренировке, быстро и точно, двойное лезвие перерубило наскочившего на него турана, брызнула кровь, изуродованные останки рухнули в траву.

– Аллия курту! Курту абанусы-ы-ы! – завопили шокированные такой развязкой товарищи погибшего, а Питер стоял и не знал, что делать дальше. На крики примчались еще трое туранов, и все вместе они атаковали наглого «колдстринца». Отчаянно размахивая рогаткой, словно косой, Питер сбивал листья и держал туранов на расстоянии, выжидая момент, чтобы юркнуть в кусты. Он решил, что Крафт его бросил, однако тот появился неожиданно для всех – напав на ближайшего к нему турана.

Один выпад – и всадник повалился, пронзенный копьем, второй, заметив опасность, парировал удар, но Крафт достал его тупым концом копья, выбив из седла.

Тураны завопили, закружились на месте, среди деревьев им было тесно. Питеру удалось ткнуть одного, слегка ранив, туран взвыл и пустил коня напролом – прочь из лесной ловушки. Крафт ударил одну лошадь по ногам, она заржала и понесла наездника в сторону холмов, за ним последовали остальные, в том числе и сбитый туран.

– Ну, здорово вы их, особенно ты, Крафт! – воскликнул появившийся из-за кустов Густав. На нем была овчинная жилетка, подобранная из разоренного обоза, кожаные карсаматские штаны и грубо пошитые башмаки.

– Все, уходим! – скомандовал Крафт. – Питер, бросай рогатку! – Выхватив из ножен заколотого турана кривой меч, он подал его Питеру. – Густав, возьми тоже что-нибудь.

– У меня уже есть. – Литонец показал небольшой двулучный арбалет, такой был у фон Криспа.

И они побежали втроем, делая частые остановки и прислушиваясь. Погони слышно не было, однако это еще ни о чем не говорило – впереди могли ждать перехватывающие засады.

– Нужно уйти от Арума как можно дальше, а то эти чудовища нас сожрут, – сказал Густав во время одной из остановок.

– Мы так и движемся, пересечем дорогу, по которой ехали в Арум, и рванем на восток – к морю.

– Жаль, Спирос не дожил до этого, – заметил Питер, и по его щекам не ко времени покатились слезы.

– Не реви, парень, самое страшное уже позади, – стал успокаивать его Крафт, потом окинул взглядом одеяние Густава. – А ты где так разоделся?

– В нашем обозе нашел, когда рыцари начали ломить, я первым делом – к обозу, в этих мундирчиках вас за милю опознать можно, а я – просто мужик.

Довольный своей смышленостью, Густав хохотнул.

– Арбалет тоже оттуда?

– Нет, я только одежду успел прихватить, эту штуковину после нашел, видать, тураны обронили, когда их каменной дробью накрыли.

– А чего же ты не помог нам с арбалетом, когда мы вдвоем против семерых бились?

Довольная улыбка сошла с чумазого лица Густава, его глаза сделались злыми.