Золотой пленник

Далее на юг начинались земли, присоединенные к империи совсем недавно – каких-то пятьдесят лет назад, когда имперские легионы методично таранили приморские княжества, прорываясь к Савойскому морю.

Проезжая по улицам, фон Крисп дивился смешению культур севера и юга. Дома стояли под черепичными крышами, однако их стены были выложены изразцами, многие горожане носили широкополые шляпы, отдавая дань традициям севера, но одежды предпочитали свободные, что было необходимо в здешнем жарком климате. Телеги здесь запрягали не лошадьми, а мулами, раскрашивали спицы колес кто во что горазд, притом что многие из колес из-за плохого досмотра едва держались на осях, но внимание на такие пустяки здесь не обращали: главное – нарядный вид.

Над всеми экипажами были устроены козырьки, затянутые материей согласно достатку владельца. С козырька в обязательном порядке свисали разноцветные кисточки и даже ленточки, фон Крисп по незнанию предположил, что в городе праздник, но, приглядевшись, убедился в ошибочности этого предположения.

Заметив вывеску с дымящимся чайником, а рядом коновязь под навесом с полудюжиной лошадей и оборванного сторожа, капитан решил остановить выбор на этом заведении. Оно показалось ему солидным, в такие не ходят жулики и наемные убийцы.

Едва фон Крисп остановился напротив заведения, сторож вскочил с камня, на котором грел свой тощий зад, и с невероятной проворностью подскочил к гостю:

– Прошу вас, господин! У нас самое лучшее вино, мясо молодого барашка! Сладкий шибаб и зеленый чай с коровьим салом!

Капитан спустился на землю, отдал повод в руки оборванца и уточнил:

– Ты хотел сказать, с коровьим маслом?

– Нет-нет, настоящее коровье сало прямо со шкуры!

– Спасибо, братец. Присмотри тут за коняжкой, отпусти подпругу и дай ему воды, он к здешнему климату непривычный.

С этими словами капитан сунул сторожу медную монетку в два крейса. У того от неожиданности вылезли на лоб глаза, видимо, к такой щедрости тут не были приучены.

«Чем дальше на юг, тем ниже цены. Это я уже знаю», – отметил про себя фон Крисп, толкая двустворчатые двери, окрашенные в голубой цвет и снабженные окошками в виде сердечек.

Поначалу ему показалось, что в зале слишком темно, однако выскочивший будто из ниоткуда приказчик в желтой шелковой рубахе тотчас отвел его к удобному столику, на который через отверстие в стене, забранное частой деревянной решеткой, падало достаточно света.

– Одну минуту, хатиб, сейчас все будет, – пообещал приказчик и, низко поклонившись, убежал, лавируя между массивными изразцовыми колоннами.

Фон Крисп снял шляпу и огляделся. Ему случалось бывать на юге, но по военной надобности – там было не до питейных заведений.