Золотая лилия

Я вышла из кофейни, хохоча как ненормальная. Целый месяц все вокруг только и делали, что твердили, какая я ответственная, усердная и примерная.

Окружающие по-всякому меня называли. Но безответственной — никогда.

Но мне это даже понравилось.

Глава двадцать четвёртая

Поскольку день выдался в своем роде уникальный, я решила заскочить к Адриану. Мне очень хотелось кое о чем его расспросить. Теперь подвернулся удачный случай.

Я постучала, и Адриан открыл мне, с кистью в руках.

— О! — вырвалось у него. — Неожиданно…

— Я помешала?

— Нет, я делаю домашнее задание. — Адриан шагнул в сторону, пропуская меня. — Не волнуйся, я с легкостью пожертвую работой в отличие от тебя, Сейдж.

Я вошла в гостиную и с радостью увидела, что комната заполнена полотнами и мольбертами.

— Ты снова вернулся в колледж.

— Угу. Адриан поставил кисть и вытер руки о тряпку. Теперь, когда исследовательский центр из квартиры убрали, здесь снова наступил нормальный творческий хаос.

Он откинулся на спинку клетчатого дивана и стал смотреть, как я перехожу от картины к картине. У одной я задержалась.

— Что это? Похоже на лилию.

— Ты права, — подтвердил Адриан. — Никого не хочу обидеть, но мой цветок круче твоего. Если алхимики вдруг захотят купить на нее права и использовать в качестве рисунка для татуировки, я готов поторговаться.

— Я учту, — ответила я. После разрыва с Брэйденом улыбка не сходила с моего лица, а пикировка с Адрианом лишь улучшила настроение. Хотя, надо признать, от его живописи я себя чувствовала слегка потерянной — абстрактные произведения Адриана часто действовали на меня подобным образом. Золотая лилия, более стилизованная, была, тем не менее, вполне узнаваема. Вокруг цветка были разбросаны ярко-красные пятна неправильной формы, а окружал все кристаллический льдисто-голубой узор. Смотрелось произведение потрясающе, но если картина несла в себе какой-то глубокий смысл, то он от меня ускользал.

— Ты в отличном настроении, — заметил Адриан. — Что, в магазине строгих нарядов распродажа?

Я отвлеклась от созерцания собственной персоны, изображенной в виде лилии, и повернулась к Адриану.

— Нет. Брэйден меня бросил.

Адриан перестал улыбаться:

— Вот, дерьмо! Извини. Тебе не… в смысле, выпить не хочешь? Может, надо выплакаться?

Я рассмеялась:

— Нет. Как ни странно, я в полном порядке. На самом деле меня разрыв вообще не беспокоит. Но ведь я должна переживать? Наверное, со мной что-то не так.

Адриан оценивающе взглянул на меня:

— Не думаю. Не каждый разрыв является трагедией. Однако тебе требуется некоторое утешение.

Он отправился на кухню. Я озадаченно наблюдала, как он достал что-то из холодильника и порылся в ящике со столовыми приборами.