Зодчий. Книга I

— Ваня! Очнись! Что значит «он подписал»⁈ — маму такие регалии никак не впечатляли. Ну, на то она и мама.

— А⁈ Что? Да! — оживился отец. — Он подписал назначение! Это уже законный документ! Ты посмотри, посмотри!

Он сунул дворянскую грамоту супруге, но та даже смотреть не стала.

— Законный документ⁈ Он ребёнок! Он даже не адепт! Неофит, курья твоя голова, Ваня! — начала звереть матушка.

За соседним столом сидели Бургомистровы, и все, кроме моего однокурсника повернулись к нам на звук её голоса.

— Простите, пожалуйста, — смущённо заулыбался им отец. — В сердцах, всё в сердцах.

— Смелое назначение, юноша, — прогудел старший Бургомистров. — Желаю вам большой удачи. Она вам понадобится.

— Благодарю вас. Надеюсь, и Святославу будет хорошо на новом месте, — вежливо поклонился ему я.

Святослав Бургомистров торопливо закивал и спутанно поблагодарил в ответ. Боится. Хорошо. Ну, нечего было за моей спиной слухи обо мне неприличные распространять. Приличные можно и нужно, а вот о моих постельных приключениях болтать не надо. Однокурсник, наконец, поднял на меня глаза и тут же их отвёл. Я ещё раз улыбнулся его отцу.

— Он неофит! Неофит на границе с Изнанкой! Ваня, сделай что-нибудь! — понизила голос мама, но даже так, шёпотом, она умудрялась кричать. — Это разве не противозаконно⁈ Направлять в такие места неофитов прямо с выпуска⁈

— Всё будет хорошо, матушка. Я знаю, что делать, — улыбнулся я ей.

— Знает он⁈ Да ты шнурки завязывать научился только в тринадцать лет! — ахнула та.

— Я буду очень осторожен, — мягко сказал я, отвесив мысленный подзатыльник старому себе. Ничего себе детские таланты у него были.

— Так, жена, не перечь благородному человеку! — вмешался Иван Михайлович. — Это его дорога. Ему по ней идти.

Тот широко улыбался, явно представляя себе разговор со своим неугомонным соседом Селиверстовым. Они вечно друг перед другом выпендривались. Ну, пусть старик порадуется. Он ведь, в принципе, хороший человек. Со своими тараканами, несомненно. Да только у кого их нет⁈

Я, наконец-то, дотянулся до заветного кусочка колбасы, на который смотрел с начала церемонии. С удовольствием положил его в рот и принялся разжёвывать. Настоящее мясо! Без добавлений различного мусора, примесей и химикатов. В этом мире не ценят столь потрясающих мелочей. Впрочем, чего я хочу от тех, кто умудрился в войне использовать Изнанку!

— Чего ты улыбаешься? — ахнула мама. — Ваня, да сделай уже что-нибудь!

Сделать мой отец ничего не мог и поэтому выбрал самое привычное действие. Потянулся к выпивке.

Когда его, счастливого и пьяного, я затащил в апартаменты, был уже двенадцатый час. От гостиницы до Университетской набережной, где красовались сфинксы, указанные Александром Сергеевичем, ходьбы было совсем немного.