Веселый Роджер – знамя вора

Сколько же здесь денег? Три миллиона, а может быть – десять?

Какое-то время Селим стоял неподвижно, завороженный представшей перед ним картиной: никогда прежде он не видел такого огромного количества наличности. Зрелище впечатляло, оно могло вогнать в ступор и куда более закаленного человека, а что же говорить о нем, об обыкновенном сомалийском парне, который до пятнадцати лет не держал в руках более крупной суммы, чем сто долларов?

На нижней полке, сложенные так же аккуратно, лежали акции различных компаний, много. Надо полагать, их денежный эквивалент был не менее впечатляющим.

На какой-то миг Селимом всецело завладела мысль: а что если взять все эти деньги и исчезнуть вместе с ними в неизвестном направлении? Того, что теперь в его руках, хватило бы до самого преклонного возраста.

Эта жгучая мысль парализовала его волю. Нечестивый шайтан испытывал его дух на прочность, и в какой-то момент он вдруг осознал, что его воля может дать трещину, и нужно быть по-настоящему сильным, чтобы противостоять такому великому соблазну.

А может, ему все это просто мерещится?

Селим крепко зажмурился, пытаясь отогнать от себя соблазн. Досчитав до десяти, он открыл глаза: ничего не изменилось, пачки с деньгами, аккуратно сложенные, лежали на прежнем месте. Правда, теперь они вкусно пахли: дорогими ресторанами, крепкими сигарами, роскошными женщинами и прочими приятными вещами, что предлагает богатая жизнь и чего прежде он был лишен.

Селим был родом из небольшого рыбацкого поселка, вросшего тростниковыми хижинами в песчаный берег океана. До города Гарове, ближайшего крупного центра, было километров пятьсот, но этот путь казался таким же бесконечным, как расстояние до Луны. И попал он в город только в пятнадцатилетнем возрасте, когда вместе со сверстниками выехал на заработки в Европу.

Первое время он занимался тем, что продавал на улицах Брюсселя разные безделушки, получая за это сущие гроши. После рабочего дня возвращался в тесную каморку, в которой проживали еще два десятка его соплеменников. Похоже, что все они были довольны сложившейся судьбой, воспринимая сотню евро в неделю, как наивысшее благо. Однако Селим чувствовал, что достоин куда большего, чем эта вонючая комната. Именно тогда один из руководителей клана обратил внимание на его нестандартную для сомалийца внешность: мало того, что он был выше своих соплеменников почти на голову, но от природы имел хорошо сложенное тело с развитой мускулатурой. Такие мужчины, как он, должны были нравиться женщинам вне зависимости от их возраста, положения и расы. И тогда глава клана предложил ему заводить знакомства с красивыми одинокими женщинами.

Дело оказалось гораздо проще, чем представлялось Селиму на первый взгляд.