Знак Близнецов

Он не остановился, а, наоборот, побежал изо всех сил, пока не вырвался из кустов в ослепительные лучи фар.

Впихнув Антона в открытую дверь вездехода, он прыгнул в водительское кресло и утопил педаль газа.

Мощная машина рванула с места, выворачивая колесами комья земли.

Он оглянулся. Холм уплывал во мрак. Над Антоном склонился Берг. Безжизненное лицо сержанта покрывала смертельная бледность, на фоне которой выделялось ярко-зеленое пятно, словно ему в лицо попал ядовитый плевок.

В потемневшем небе загорелась первая звезда.

На приборной панели вездехода мигала крохотная оранжевая лампочка вызова, и далекий встревоженный голос повторял одни и те же слова:

— Группа-два, группа-два, здесь командир, где вы, ответьте! Мы установили пятидесятый столб. Ради Бога, ребята, отзовитесь!…

Сергей закусил губу и отжал клавишу вызова.

Костер весело трещал, пожирая сухие ветки и озаряя небольшую площадку дрожащими сполохами света. Языки пламени рвались вверх и, словно забавляясь, выхватывали из мрака лица людей.

Пахло дымом и незнакомой человеческому обонянию приторной горечью…

Сергей поднял с земли гитару и стал задумчиво перебирать струны, заворожено глядя в огонь. Стальные нити под его пальцами зазвучали, жалобно и тихо, вторя шуму ветра и шороху мясистой, фиолетово-бурой листвы.

Где-то далеко закричал жабоклюв.

Светлана склонилась над носилками, на которых лежал Антон. Лицо сержанта, несмотря на бледность и бинты, было умиротворенным.

— Все будет хорошо… — шепнула она ему на ухо. — Я выделила яд и нейтрализовала его… Ты поправишься… Вот увидишь…

Антон не слышал ее. Он все еще не приходил в сознание.

Кризис только что миновал, и они не решались тронуться с места, опасаясь осложнений.

В небесах царили далекие и холодные россыпи звезд.

Где-то за темным горизонтом стая летучих тварей внезапно потеряла четкий инфракрасный сигнал.

Спутник на орбите замкнул незримый электромагнитный колпак, укрыв базу от назойливого внимания хищников.

Немного покружив над берегом, черная стая распалась на группы и повернула к пламенеющим в темной воде раворам.

Голос Сергея, сначала тихий и неуверенный, постепенно окреп, и в нем слышалось что-то эйконовское…

Константин Эрнестович поежился. Неужели с этими ребятами он несколько месяцев назад впервые взглянул в глаза безысходности?

Жизнь продолжалась. Потом, спустя века, это назовут историей покорения Галактики, Началом Великой Экспансии, ну а пока это была просто жизнь. И никто из них не думал о величии того, что в муках и страхе, на пределе сил делали они, чтобы выжить, чтобы пробудить спящих людей и вновь научиться любить друг друга.

Светлана, слушавшая окрепший голос Сергея, точно знала только одно: очнись сейчас Антон, он был бы доволен.