Знак Близнецов

 — С ума сошла?!

— Поднимай модуль! — заорала она, вручную вращая штурвал запорного механизма шлюза. — Я попытаюсь помочь им!

Что-то дважды с силой ударило по обшивке, снаружи раздалась серия оглушительных взрывов. Ольга скорчилась в тесном тамбуре, вращая штурвал, пока наружный люк внезапно не поддался и не скользнул в сторону, удерживаемый на двух штангах.

Первый, кого она увидела, был Ургейм. Его тело повисло на люке и вместе с ним отъехало в сторону.

До земли было метра три. Корабль лежал, подмяв под себя хвостовой стабилизатор, который пропахал в обсидиановой равнине глубокую борозду. Ольга в ужасе смотрела на человеческое тело, повисшее в двух метрах над разломом. Ветвь основной трещины — узкая полуметровая расселина — проходила почти под самым кораблем. Ургейм висел над ней, уцепившись обеими руками за крепежную скобу люка.

— Я выберусь… — внезапно услышала она в коммуникаторе его хриплый голос.

Она прыгнула, заледенев от страха и моля всех богов, чтобы только не попасть в разлом. Земля встретила ее болезненным, жестким ударом, ноги подкосились, она упала, но тут же поднялась. Вокруг сыпались раскаленные куски породы, черная равнина содрогалась в конвульсиях, в небо били огненные фонтаны…

Она побежала туда, где минуту назад видела три распростертые фигуры.

Только один из них уцелел и по-прежнему полз к перевернутому кораблю. Ноги в тяжелых ботинках с магнитными подошвами скользили по черному вулканическому стеклу… Пепел падал с неба крупными хлопьями, словно горячий серый снег.

До белой фигуры оставалось не больше двадцати метров, и Ольге казалось, что она уже видит перекошенное в немой мольбе лицо болгарина. Его борода слиплась от пота, рот тяжело открывался. Вокруг грохотали разрывы, но в наушниках были слышны только щелчки статического электричества.

Еще несколько метров… Она протянула руку навстречу приподнявшемуся человеку.

Кусок раскаленной добела породы огненным комом прочертил воздух и ударил в спину Стоянова. Его кислородные баллоны взорвались с оглушительным треском, заляпав кровью скафандр Ольги.

Рваный осколок кислородного баллона ударил ей в плечо.

Она упала, онемев от боли, потом встала на колени, зажимая рукой распоротый скафандр.

Рядом дымилось кровавое пятно. Расколотый гермошлем Стоянова отлетел в сторону, и Ольга видела остекленевшие глаза мертвеца… и всклокоченную бороду, которая уже начала дымиться, закатываясь смердящими шариками… По щекам Ольги текли слезы, но она едва ли осознавала их, как и удушливые серные испарения, проникшие в ее скафандр…

Она поняла: все кончено… Смерть плясала вокруг рухнувшей на колени фигуры.

«Скорее бы», — отрешенно подумала она, но вдруг чьи-то руки подхватили ее и потащили назад, к кораблю.