Знак Близнецов

Времени нет. Никаких предварительных маневров. Вперед! — приказ такой емкий, как удар палкой по голове. «Господи, какой он тупой, мускулистый и шумный!… – раздраженно подумала Ольга. — Да и его гопники ничуть не лучше… Прямо раздевают глазами!…» Она невольно покосилась через плечо на исследовательскую группу из семи колонистов. В полной гермоэкипировке, пристроившись меж контейнерами с оборудованием и противоперегрузочными креслами, они умудрялись играть в карты, то и дело разражаясь хохотом, словно корабль и не падал навстречу незнакомой планете. Оптимисты чертовы… Ну, я вам устрою посадочку…

Мысли не мешали Ольге работать, и в душе она не могла не признать правоту методов Уго Ургейма. Из-за его необузданного напора некогда было тратить время на страхи и сомнения…

Бортовой компьютер — милая штучка, с сумасшедшим быстродействием, ну прямо подстать их командиру — гнал на расположенные перед ней мониторы поток навигационных данных. Черт, нужно только успеть сориентироваться в этой мешанине цифр, и все будет нормально…

Так… Вектора двигателей… Граница атмосферы… расчет маневра для геостационарной орбиты радиобакена… Точки Лагранжа… А этот Курт… ничего себе… По крайней мере, отличается от остальных… спокойный, красивый… не потный… О, черт!…

Две орбиты на центральном мониторе совместились, опоясав шарик планеты.

— Внимание! — Пальцы Ольги машинально перекидывали тумблеры. Включено… Включено… Включено… — Курт, два-ноль, восемь-четыре! Коррекция левого борта!

В левых экранах расцвели ослепительные вспышки корректирующих дюз.

— Эй, закончили! — раздался громовой бас Ургейма. — Всем по местам! Пристегнуться! Живо!

Корабль тряхнуло, — это в космос отстрелило двухметровую сферу, набитую электроникой. Чуть отстав от корабля, она повернулась вокруг оси, расправила сложенные веера солнечных батарей и вдруг, ослепительно сверкнув двигателями, отвалила в сторону, переходя на заранее рассчитанную орбиту.

Десантный корабль — серебристая пылинка на фоне необъятного бурого шара планеты — по пологой траектории падал в верхние слои атмосферы.

Серхенсон улучил секунду, чтобы утереть со лба выступившие капельки пота. Машинально поправив одетые на глаза бинокуляры пилотирования, он вновь сосредоточился на приборах. Перед глазами рос шар планеты, рассеченный тонкими линиями координатной сетки, в узлах которой бежали цифры и машинные коды. Инфракрасные сканеры показывали нечто невообразимое…

— Внизу горячо! — предупредил он Ургейма. — Начинаю снижение!

Звезды на обзорных экранах утратили свою кристальную чистоту. Модуль входил в атмосферу, и по мере ее уплотнения небольшой корабль все сильнее раскачивало в появившихся турбулентных струях.