Знак Близнецов

Он еще кое-как мог отвечать за собственный экипаж, но около трех десятков совершенно незнакомых мужчин, вырванных из ледяного мрака криогенных камер, внушали ему вполне обоснованные опасения. Кто мог поручиться за их реакцию, глядя на эти угрюмые лица и глаза, в которых застыло раздражение и масса вопросов, на большинство из которых отвечать придется уже им самим.

Он заметил, как Антон и Андрей с разных концов салона протиснулись ближе к нему, и испытал некоторое облегчение. Все же экипаж, пусть и не спаянный длительной совместной работой, у него был…

Он откашлялся и повернулся к собравшимся.

Первые слова командира «Кривича» были встречены ледяным молчанием.

От взгляда Галанина не укрылось, как потемнели многие лица при словах о невозможности возвращения. Он ждал чего угодно: паники, гнева, ругательств, но только не этой напряженной, гнетущей тишины.

— Какого черта?! – наконец не выдержал смуглолицый парень во втором ряду. Константин Эрнестович, хоть убей, не помнил его имени. — Нам обещали кислородную планету в системе Альфы Близнецов!

— Те, кто давал подобные обещания, остались на Земле, молодой человек, — спокойно возразил Галанин. — Я же не помазанник Божий, и даже не представитель той компании, которая построила этот корабль, и в который вы все вложили свои деньги, чтобы иметь возможность вырваться с Земли, — напомнил он. — Я и мой экипаж находимся в равной с вами ситуации…

— Да плевать на ваши ситуации!…

Зал загудел. Казалось, кто-то спустил сжатую до предела пружину, и наполнявшие его люди мгновенно разделились на две группы: разобщенные орущие одиночки разных национальностей и цветов кожи и молчаливая компания из пятнадцати шведов. Их лица не излучали приветливости, но по крайней мере они не орали и не размахивали руками, искоса поглядывая на своего лидера, Уго Ургейма, словно в ожидании условного сигнала.

— Тихо! — рявкнул Антон, на мгновенье перекрыв шум.

Гул голосов оборвался.

— Кто из вас не согласен помогать в поисках планеты, может вернуться в криогенный модуль! — воспользовавшись относительным затишьем, твердо произнес Галанин.

— Черта с два! — выкрикнул чей-то голос. — Меня вы обратно в холодильник не засунете!

В центре зала возник короткий водоворот тел.

— Я сейчас засуну тебя в шлюз и откачаю воздух! — проговорил Ургейм, сжимая в кулаке воротник побледневшего техника. За его спиной, словно по команде, поднялись четырнадцать парней, рядом с которыми оказались Андрей и Антон.

В отсеке вновь повисла гробовая тишина.

Галанину казалось, что стук его сердца слышат в этот момент все присутствующие.

— Продолжайте, капитан! — Уго отпустил воротник, и техник медленно опустился на стул, опасливо косясь на внушительную фигуру Ургейма.