Я знаю, что видел

 – Спросил, как давно он живет в этом доме.

– Сказал, всего несколько месяцев. Его семья – жена и двое детей – в Йемене.

– И вот еще что. Сама квартира безупречна. Ни следа трупного запаха.

Он уставился на меня, ожидая реакции.

– Передняя. Пол. Ты заметил?

– Что? – переспросил он.

– Затирка. Она свежая? Было похоже, что ее недавно нанесли?

Он поднял глаза к небу, будто искал ответ там.

– Думаю, этот пол – новый. Долгая история, но я думаю, он его только что переложил.

– А, ну это вряд ли.

– Там пахло сыростью или цементом? – допытывался я.

– Нет, – ответил он, – все было нормально. Чисто. И еще кое-что, – добавил он с придыханием.

– Нет, постойте. Правда. Спросил меня, что я изучаю, а я ответил – английский, историю и французский.

– А то, что тогда он подошел к шкафу с книгами и дал мне это.

Эмит вытащил из кармана маленькую книжицу в твердом переплете. Я взял ее. Издание похоже на то, что было у меня когда-то в школе: «Посторонний».

– То, что он дал тебе дешевый томик Камю, ничего не меняет, – заявил я.

– Ксандер, – сказал он, оглядываясь по сторонам. – Мне кажется, это не он. Он даже пригласил меня заскочить завтра, обещал еще книжек нарыть. Бесплатно!

Мое сердце ухнуло вниз.

– Нет, Эмит. Тебе нельзя туда снова. Ты не знаешь всего, что знаю я. Ты не знаешь, на что он способен. Конечно, он умеет притвориться приветливым. Так же, как и с полицией. Он может казаться приветливым почти все время. Но он убил человека, Эмит. Навалился на нее и задушил.

Я выхватил книгу у него из рук и зашвырнул в соседний сад.

Лицо Эмита перекосилось, и он кинулся за книгой. Но вернулся ни с чем.

– Я с вами больше не разговариваю! – выпалил он и в бешенстве убежал прочь.

Холодная ночь тянется медленно, и лишь к рассвету мне удается уснуть. Просыпаюсь с ужасной мыслью, что кто-то убил Эмита. Что Эмита завернули в рулон дерна.

Нащупываю рукой жесткую обледеневшую землю и возвращаюсь в реальность. Пора идти. Подбираю расплющенные коробки. Не хочется оставлять их здесь. Если оставить все вещи здесь, в этой берлоге, ее точно кто-нибудь захватит, а подобные места – сухие, надежные, неприметные – найти непросто. Складываю картон и запихиваю его в кусты, подальше от глаз.

Еще слишком рано и совсем не людно. Я шагаю навстречу поднимающемуся солнцу. Мои мысли словно бегают по кругу и постоянно возвращаются к одному и тому же вопросу: где она? Я должен выяснить, куда он упрятал ее тело. Не могла же она просто взять и исчезнуть. Где-то же она есть. Все еще. Пока не завершился процесс разложения.

Несколько минут ходьбы – и кровь разогревает мои мышцы. Когда я оказываюсь на Парк-лейн, утренний час пик уже в самом разгаре. Иду направо на Саут-стрит, затем по прямой до Фарм-стрит.