И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

На Литтлджона он даже не посмотрел.

– Эй! – нетерпеливо окликнул он Мириам, которая успела перейти к следующему этапу обольщения и уже сидела на столе, свесив ноги, как героиня с обложки ее последнего любовного романа. – Эй! Сколько мне еще ждать там на лестнице?

Служанка надменно вздернула нос и посмотрела на Блейдза сверху вниз.

– Я занята. Счетчик под лестницей… дорогу сами найдете, – ответила она, поджала губы и опустила ресницы, прежде чем перевести взгляд с газовщика на джентльмена.

Блейдз исчез, а через несколько мгновений с лестницы донесся топот.

– Миссис Майлз совсем не выходит из спальни? – спросил Литтлджон."

"– Порой она бродит по комнате, но лестницы для нее сущее наказание, особенно тяжело ей подниматься. Никогда не забуду, какой случился переполох, когда хозяйка в последний раз сошла вниз… Ох она и рассвирепела, а лишь потому, что мы с экономкой находились в саду и не слышали ее звонка. Но иногда она тайком спускается. Считает, что я не догадываюсь. Как бы не так!

– Правда? И когда же такое случалось?

– Ну, я точно могу сказать: хозяйка спускалась буквально на днях. Наверняка что-то делала втихомолку, даже не сомневайтесь.

– Думала, вы не узнаете?

– Да. Но ей пришлось подняться рано, чтобы избавиться от меня. Она отослала меня сразу, как только старая грымза… я хотела сказать – экономка… отправилась в город оплачивать счета. Хозяйка велела купить ей пачку сигарет… дескать, она все выкурила. Дымит как печная труба. Она страшно обозлилась, когда я ответила, что не стоит оставлять ее одну и, наверное, мне лучше дождаться возвращения экономки. Велела мне идти. Я оставила боковую дверь открытой и подняла щеколду: мне хватило бы двадцати минут, чтобы сбегать туда и обратно, а у меня не было ключа. Когда вернулась, дверь оказалась закрыта и заперта. К счастью, окно кухни осталось открытым, так что я смогла пролезть в него.

– Но ведь в дом мог войти кто-то другой, обнаружить открытую дверь и запереть ее. Почему вы решили, будто это сделала миссис Майлз?

– Вначале я тоже так подумала, и мне стало не по себе. Кому понравится, что по дому шныряют чужие? Тогда я немного осмотрелась. И нашла грязные следы! Они тянулись из кухни к лестнице и вели наверх.

– Невероятно!

– Да, не сойти мне с этого места, если я лгу. «Ага, миледи, – сказала себе я, – теперь понятно, почему вам захотелось от меня избавиться. Принимаете гостей, да?» Но я решила помалкивать. Я ведь запросто могла лишиться места, если бы упомянула об этом при хозяйке или при миссис Кейси, экономке. Они во всем заодно, и уж такие подруги – водой не разольешь, а я вроде как лишняя. Если бы мне здесь хорошо не платили, я не стала бы терпеть подобное обращение, ушла бы в тот же день.