И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

Будь счетчик в другом месте, ему пришлось бы играть роль санитарного инспектора или водопроводчика, который ищет протечку.

– Я покажу вам дорогу.

– Спасибо. Покажите мне дверь в подвал, а дальше я сам найду. Не хочу доставлять вам хлопоты.

– Никаких хлопот. – Мириам уже представляла, как в поисках выключателя руки этого ладного парня ласкают ее тело в темноте подвала.

Когда констебль с девушкой подошли к лестнице в подвал, снова раздался звонок в дверь.

– Ничего, пускай подождут, – буркнула служанка, полная решимости не упустить счастливый шанс.

– Вам лучше посмотреть, кто там, – заметил газовщик-самозванец. – Может, это важно. Я подожду.

– Ну, тогда ладно, ждите. Там внизу есть и другое добро кроме газа. Поднимется шум, если кто-нибудь увидит, как я впускаю в дом посторонних. – Она бросила на констебля последний зазывный взгляд и поспешила к черному ходу.

На крыльце стоял Литтлджон.

– Я не оставил свой кисет у вас в столовой, когда заходил сюда на днях? – спросил он, нащупывая эту вещицу в кармане куртки.

«Приятный джентльмен, – подумала Мириам. – Немного староват, но хорошо одет и держится любезно, наверняка из высших кругов. Что и говорить, такой мужчина будет девушку на руках носить». Она завела глаза к потолку, обнажила в улыбке ровные белые зубы и выставила вперед грудь.

– Идемте в дом, посмотрим, – предложила Мириам, тотчас позабыв о газовщике.

– Не похоже, что у вас здесь бывает много посетителей. – Литтлджон обвел взглядом заброшенную комнату.

Мириам тем временем делала вид, будто ищет кисет, принимала соблазнительные позы и выставляла напоказ то одну, то другую часть тела, за что немедленно была бы уволена, появись внезапно на пороге экономка.

– Да, через парадную дверь мало кто входит. – Она выпрямилась после тщетной попытки отыскать под столом пропавший кисет и загадочно улыбнулась. – Но с черного хода к нам заходят часто…

Внизу под полом неслышно крался в ботинках на резиновой подошве констебль Блейдз с фонариком в руке. Луч фонарика освещал покрытые паутиной стены, горы угля, которые натаскал сюда распаленный страстью угольщик, и старые ящики, ожидавшие, когда их сломают и пустят на растопку. В одном углу стояла замысловатая конструкция из металлических листов и проволоки – стойка для бутылок. На ней еще оставались кое-какие запасы, разделенные на три секции. Все бутылки были одинаковые за исключением одной-двух с бренди.

– Вот так штука! – пробормотал незваный гость, затем взял образцы напитков из каждой секции, бренди не тронув.

Свои трофеи констебль сложил в большую сумку, в каких работники газовой службы носят извлеченные из счетчиков монеты, потом бесшумно прокрался вверх по лестнице и вскоре уже заглядывал в дверь столовой.