Значит, я умерла

Я пошла к нему только из-за письма, надеялась разузнать что-то о Трэкстонах, – а вместо этого проглотила еще одну порцию горькой правды о нашей семье. К такому развитию событий я не была готова.

– Что ты делаешь? – спросил я, уставившись на ствол пистолета. Я не столько испугался, сколько удивился. К Мехмету Бадему я пришел, чтобы задать ему несколько вопросов о той ночи, когда умерла Мирей, и вдруг выяснил, что он готов скорее убить меня, чем заговорить.

Бадем смотрел на меня, его рука с пистолетом слегка дрожала.

– Я все про тебя знаю, – заявил он. – Но я не ходил в полицию. И не болтал ни с кем. Зачем ты пришел сюда? Я не дам тебе меня убить.

– Я пришел только поговорить, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно и спокойно, как будто дуло пистолета вовсе не смотрело мне в грудь. – Мне нужно узнать кое-что о той ночи, когда умерла Мирей Болью.

– Я ее не убивал, – ответил он. – Клянусь тебе, это не я.

Его слова оглушили меня, точно внезапно налетевшая волна. Я пришел к нему с намерением узнать, что он видел; мне и в голову не приходило обвинять его в убийстве.

– Я ни в чем тебя не виню, – продолжил я. – Просто запомнил твое лицо. Я видел тебя в ту ночь, когда умерла Мирей. Ты… мне кажется, ты меня нес. Внес в самолет, где была моя сестра, Джульетта.

– Помню ее. Она была злая. Сказала: «Брось его». По-моему, она хотела, чтобы я бросил тебя прямо на пол. Но я посадил тебя в кресло и пристегнул.

– Ну вот, видишь, оказывается, я тебя еще поблагодарить должен… Пожалуйста, опусти пистолет. Я пришел не затем, чтобы навредить тебе. Мне просто нужны ответы.

Бадем так долго смотрел мне в глаза, что мне показалось, будто прошел месяц, когда он наконец, опустил пистолет. Потом закатал нижнюю часть рубахи и показал мне свой тощий торс и две дырки от пуль. То есть дырки, конечно, давно заросли, но на их месте остались сморщенные круглые шрамы, похожие на миниатюрные кратеры.

– Вот что случилось, когда я в последний раз выполнял задание Харриса, – сказал он.

Меня даже передернуло, когда я услышал имя помощника моего отца. Старик вырастил бизнес с множеством ответвлений и закоулков, а Харрис и Клаус помогали ему обстряпывать темные делишки.

– Я бы скорее с утеса прыгнул, чем стал выполнять хоть какие-то поручения Харриса.

– Наверное, и мне не стоило с ним связываться, – ответил Бадем, опуская рубашку. – Но несколько лет жизнь у меня была хорошая.

– Я ищу информацию о той ночи, когда умерла Мирей, сам я ничего не помню. Расскажи мне, что помнишь ты. Пожалуйста, не отказывайся. – В моем голосе прозвучала нотка отчаяния, и Бадем, кажется, услышал.

Он ткнул стволом в сторону дивана, приглашая меня сесть. Я опустился на ту подушку, которую недавно покинул Снупи.