Значит, я умерла

 – Я всегда рекомендую клиенткам оставлять записки с указанием имени убийцы, на всякий случай… Но не все так плохо. Сервисом может воспользоваться любой, кто по какой-то причине хочет сохранить свое местопребывание в тайне. Или облегчить душу признанием, но боится заводить личный разговор.

– Вот что написала мне сестра. – Я вывела на экран письмо Каро – наверное, в тысячный раз – и подтолкнула телефон вперед, даже не глядя в экран, так мне не хотелось читать его снова.

Зато Адина прочла внимательно – и вернула телефон мне.

– После этого письма я как будто в кроличью нору провалилась, – сказала я. – Мысль Каро ясна: муж хотел ее убить. Но чем больше я пытаюсь докопаться до сути, тем яснее понимаю, что и у других людей могли быть свои мотивы… желать ей зла. А вы давно с ней знакомы?

– Мы познакомились с Каро, когда она была студенткой СУНИ. Пришла ко мне на прием, мы поговорили, и все кончилось тем, что она стала моей помощницей. В «Диотиме» никогда не было централизованного управления, и она отвечала на звонки горячей линии из Нью-Палтца.

– Каро когда-нибудь говорила вам, что наш отец избивал нашу мать?

– Нет. – Адина печально покачала головой. – Она говорила, что мать била ее.

Я так расстроилась, услышав это, что даже не сразу ответила:

– Это не… – «Не правда», хотела сказать я, но осеклась, потому что это была и не ложь. «Тебе хорошо, ты маленькая, тебе все прощают», – часто повторяла мне Каро в детстве. У меня сохранились воспоминания о том, как мать шлепала меня, но они были давними и путаными. «Тебе повезло. А меня она била щеткой для волос», – жаловалась мне сестра.

– Насилие нередко становится частью семейных историй, – сказала Адина. – Люди избегают говорить о нем, потому что испытывают стыд. Боятся показаться предателями, если расскажут, а ведь это абсолютно не так.

Она подтолкнула ко мне коробку с салфетками. Я взяла одну, высморкалась, промокнула глаза.

– Я даже не знаю, что делает ваша «Диотима», – сказала я первое, что пришло в голову, лишь бы перевести разговор с моей семьи на другую тему.

– Ты когда-нибудь слышала о Диотиме из Мантинеи? – начала Адина. – Это один из центральных персонажей диалога Платона «Пир». Ее идеи положили начало платонической любви. Такая женщина действительно жила во времена Платона, но кем она была, историки пока не установили. Меня она заворожила, и я взяла ее имя в качестве названия нашего общества. – Адина свела ладони домиком. – «Гражданское общество Диотима» занимается просвещением мужчин и женщин во всем, что касается домашнего насилия. Мы помогаем людям выбираться из тех ситуаций, когда они могут стать или становятся жертвами насилия.