Зловещий трофей

— Ты знаешь, что он был весь раскурочен? Что у него не заводился мотор?

— Так точно.

— Выходит, всю ночь кто-то работал и кряхтел у тебя под носом на стоянке, давал ему ремонт. Так?

Лейтенант молчал.

— Под утро этот неизвестный привел автомашину в порядок, спокойно уселся за руль, прогрел мотор и уехал. Так, что ли?

Вместо ответа лейтенант вздохнул.

— Десять суток ареста, — отчеканил начальник штаба.

— Может, в контрразведку его сразу? — поддел комендант. — А оттуда прямиком в штрафбат?

— Мы подумаем, как для нашей страны и Красной Армии будет лучше. А пока — под арест.

— Понял, — кивнул комендант. И повернулся к поникшему лейтенанту:

— Сдать оружие!.

Глава десятая

Москва Июль 1945 года

Следующий день у сотрудников оперативно-разыскной группы Старцева сложился суматошным. Тяжелее других пришлось Ивану и Александру. Если все остальные после вечернего совещания отправились с Петровки по домам, то эти двое плюхнулись в «эмку» и, невзирая на позднее время, снова покатили на северную окраину столицы…

Участкового инспектора, в чьем ведении находился Красностуденческий проезд, отыскали не сразу. Вначале пришлось ехать в РОМ, где побеседовали с дежурным офицером милиции. У него разжились данными о расследовании угона «Хорьха» (оно ни на сантиметр не сдвинулось с места), а также адресом участкового. Из РОМа поехали по указанному адресу.

Как и предполагалось, участковый досматривал пятый сон, ибо дело шло к середине ночи. Сыщики разбудили его долгим, настойчивым стуком в дверь на втором этаже деревянного барака.

Дверь открыл нескладный мужичок в длинных семейных трусах и хромовых сапогах на босу ногу. Посмотрев одним глазом в развернутое удостоверение, он кивнул, накинул на плечи китель с погонами старшего лейтенанта милиции и повел гостей длинным темным коридором на общую кухню. Там деловито запалил керогаз, поставил чайник. Напившись из-под крана, закурил. Тряхнув наголо стриженной головой, обернулся к терпеливо ожидавшим муровцам.

— Извиняйте, мужики, я трое суток не спавши — плохо соображаю. Как на фронте, ей-богу… Спрашивайте, чего хотели?.

Старцев с Васильковым в двух словах обрисовали свой интерес.

— Угнанный «Хорьх»? — прищурился участковый. И закашлялся от доброй затяжки:

— Не-е-е… кх-кх-кх… гиблое дело. Я участок как свои пять пальцев… кх-кх. Каждый день обхожу, а иной раз и по второму кругу. Кх… Ей-богу, мужики. Если бы имелась какая зацепка, сам бы давно раскрутил.

— То есть вообще мертво? — пытал Старцев.

— Вообще. Это не местные. С другого района или вовсе не московские. Сто процентов. У нас тут машин в частном пользовании наперечет. Я всех владельцев знаю, каждому могу дать подробную характеристику.

— Гаражи, мастерские, — напомнил Васильков.