Бог злости

Я верю каждому его слову, и я знаю, что то, что будет дальше, возможно хуже, но я все равно сокращаю расстояние между нами и прижимаюсь губами к его губам. Они удивительно мягкие, хотя тонкие и немного грубые, как и у него.

— Как насчет этого? — Шепчу я ему в губы.

— Все еще не ешь. — Он пихает меня к себе на колени и впивается в меня снизу. — Открой рот.

Когда я открываю, он большим пальцем подгибает мою челюсть.

— Высунь язык.

Я медленно высовываю его, и он засасывает его в рот, прикусывает и целует меня с открытым ртом, его губы сталкиваются с моими в том же ритме, в котором его член входит в меня.

Я никак не могу продержаться долго.

И не продержусь.

Все мое тело погружено в транс, полностью и без остатка изнасилованное монстром.

Полное и абсолютное насыщение.

Я кончаю с криком, который он глотает своими губами, давая мне лишь фрагменты воздуха.

Но он продолжает и продолжает, пока я не думаю, что он никогда не кончит.

Он останавливается каждые несколько минут, чтобы сменить положение. Сначала я лежу на боку, потом я лежу лицом вниз, а он сверху. Затем я встаю на четвереньки, и он позади меня. Все это время он кусает меня за грудь, плечи, бедра, ляжки — везде, куда только может дотянуться его рот.

Наконец, он снова кладет меня себе на колени, и его спина выпрямляется. Его рука на моем горле сжимается, а его губы захватывают и засасывают мои, превращая их в синяки.

— Блядь, — ворчит он, пока его бедра дергаются. — Блядь, блядь, я мог бы оставаться в твоей киске вечно.

Затем я чувствую, как он дергается и высвобождается глубоко внутри меня. Он вырывается, затем собирает свою сперму пальцами и снова вводит их в меня. Снова и снова, пока я не думаю, что снова кончу.

— Мы не можем допустить, чтобы ты утратила капли.

Я наполовину оцепенела, не в состоянии разобраться в окружающей обстановке, но я чувствую, как он кладет меня на матрас.

Я также чувствую, как уходит его тепло, прежде чем он снова возвращается и что-то нежное кладет мне между ног.

Я вздрагиваю всем телом, когда он целует мои складочки и шепчет им:

— Ты сохранила эту киску для меня, потому что только я могу владеть ею, детка.

Глава 22

Киллиан

Постукивание.

Нажатие.

Постукивание.

Звук моих пальцев, барабанящих по подлокотнику кресла, течет с ровным ритмом.

Но в моих костях нет ни малейшего проблеска спокойствия. На самом деле, бушующий ранее шторм усилился до такой степени, какой я еще не испытывал."

"Хаос в доме утих, все ушли или разбежались по участку, как крысы.

А я здесь.

В полумраке — моей естественной среде обитания — смотрю на девушку, которая испортила всю мою систему.

Глиндон крепко спала с тех пор, как я наполнил ее своей спермой. Когда я вышел из нее, ее кровь была вся на моем члене и на простынях, и эта сцена заставила меня напрячься снова и снова.