Бог злости

Моя киска сжимается, и я сжимаю ноги вместе в шоке и смущении.

— Этот рот теперь принадлежит мне, и ты позволишь мне использовать его, когда я захочу, не так ли? — Он крепко сжимает мою челюсть и заставляет меня кивнуть. — Это значит «Да, Киллиан, мой рот и все остальные мои дырочки — твои, чтобы использовать их и наполнять спермой»."

"Мне кажется, я собираюсь кончить от одних только его грязных слов.

Неужели он не может комментировать все? Хотя я определенно на грани от того, как мрачно, эротично и в то же время совершенно непринужденно он говорит подобные вещи.

Он сам по себе как другой вид.

У меня болит челюсть от того, как долго я ему отсасываю. Он явно наслаждается этим, судя по стонам и случайному «Вот так, детка». Но нет никаких признаков того, что он скоро кончит.

Его ритм просто сумасшедший, и я не могу отделаться от восторга и мои соки капают в трусики, наблюдая за его наслаждением. Разве это нормально, что одной мысли о его оргазме достаточно, чтобы я приблизилась к собственному?

Киллиан выходит из моего рта, и я думаю, что он сейчас кончит, но тут он делает маневр, чтобы мы лежали боком. Затем он снова входит в меня. Моя челюсть все еще болит, поэтому я вздрагиваю и чуть не кусаю его.

Я остановилась, мои глаза расширились.

— Никаких зубов. Делай это правильно, маленький кролик. Если только ты не хочешь, чтобы я переключился на твою киску? — Я качаю головой и ускоряю ритм.

Он стонет, и я вздыхаю, но он застревает у меня в горле, когда он спускает мои шорты и трусики.

Я не понимаю, что происходит, пока в воздухе не раздается громкий сосущий звук. Я задыхаюсь вокруг его члена, когда все мое тело воспламеняется.

— Остановись, и я остановлюсь, — шепчет он напротив моих складок. — Мне бы не хотелось, чтобы эта маленькая тугая киска осталась неудовлетворенной.

Я собираю все свои силы и сосу с таким энтузиазмом, на какой только способна.

Он целует мои складочки, а затем сосет их с мастерством нечестивого секс-бога. Я еще не совсем привыкла к этому, когда он вылизывает всю мою щель, а затем снова спускается вниз. Он шепчет, касаясь моей самой чувствительной кожи:

— Как ты быстро учишься, моя Глиндон.

Затем он вводит свой язык внутрь меня и щиплет мой клитор.

Не знаю, из-за этого или из-за того, что он назвал меня своей Глиндон, но я кончаю неконтролируемо, без малейшего стыда.

Мои бедра дергаются в его дьявольском рту, а он продолжает входить и выходить. Мои стоны заглушаются его членом, и это так эротично, что я не могу удержаться от облизывания, пока стону.

Думаю, ему это тоже нравится, потому что я чувствую, как он утолщается в моем рту с каждым стоном.

Киллиан выводит язык из моей киски, и я сжимаюсь, как будто пытаясь удержать его там.

— Ты на вкус как мое новое любимое блюдо.