«Злой гений» Порт-Артура

Мысли текли неторопливо, под стать действиям — спокойно и медленно Александр Викторович надел при помощи денщика обмундирование, и, посмотрев на часы, вышел из комнаты. Терять время ему не хотелось — день обещал стать насыщенным…

— Интересно, над кем старик сегодня издеваться будет?! Неужели сразу над всеми, раз собственной персоной решил на гору взобраться с утра пораньше?! И охота ему?!

Полковник Ирман говорил вполголоса, однако не из опасения, что кто-то подслушает и передаст генералу Фоку его крамольные слова. Наоборот, он бы обрадовался, если бы нашелся такой «доброхот», потерять положение, по большому счету, Владимир Александрович уже не опасался, а показать свое истинное настроение к начальству 52-х летнему офицеру, повидавшему в своей жизни многое, очень хотелось.

Все дело в том, что с началом войны, его 4-й Восточно-Сибирский артдивизион заметно увеличился. По мобилизации добавили к трем имеющимся еще одну восьми орудийную батарею. Уже в феврале 4-я восточносибирская стрелковая бригада генерал-майора Фока стала развертываться в дивизию, каждый ее полк двух батальонного состава получил изрядное количество резервистов, призванных из запаса, которымиукомплектовали третьи батальоны. И тем самым вверенный ему дивизион, получив также одну батарею при развертывании, был переформирован соответственно в артиллерийскую бригаду, а он назначен ее начальником.

В мирное время такое назначение могло бы огорчить честолюбивого полковника. Все дело в том, что он не проходил курса в Михайловской артиллерийской академии, а без этого получить чин генерал-майора практически невозможно, вперед продвигали исключительно «академиков». Однако начавшаяся война с японцами кардинально изменила его положение — теперь до генеральских погон только руку протянуть, до первого удачного дела против неприятеля, ведь тогда толстые жгуты канители на эполетах уже по одной только занимаемой должности положены!

Но о своем потаенном желании командиры полков никому не рассказывали, даже младшим по чину офицерам. И все дело в том, что старого генерал в дивизии любили — причем искренне. И выражение этой привязанности у нижних чинов выражалось в прозвище, которым они наделили своего начальника дивизии — «Фока». То ли в честь героя русской народной сказки, что «на все руки дока», либо уменьшительно-ласкательное увеличение фамилии на одну букву. А это о многом говорило — никто более такой популярностью у солдат в Порт-Артуре не пользовался, даже близко.

Только на флоте был вице-адмирал Степан Осипович Макаров, которого матросы в Порт-Артуре любовно называли «дедушкой», и почитали всей душою. Но 31 марта он погиб, уйдя на дно вместе с броненосцем «Петропавловск» и почти всей командой.