Скромница для злодея

– Никаких наследников, – сказал Дьявол. – Ты помнишь договор.

Губы Уита сжались, превратившись в прямую линию.

– Помню. А еще я знаю, что существуют более надежные и безопасные способы добиться того, чего мы хотим, чем покупка пристенной фиалке нового чертого платья.

Дьявол начинал раздражаться.

– Например?

– Например, полоснуть нашего брата по лицу, чтобы оно походило на твое.

Дьявол покачал головой.

– Нет. Так лучше. – Уит не ответил, и Дьявол отчетливо услышал в его молчании несогласие. – Кулаки – это угроза. А наш способ – обещание. Таким образом мы напоминаем Эвану, что его будущее принадлежит нам. В точности, как когда-то наше принадлежало ему.

Повисла пауза, а затем Уит произнес:

– А девушка? Что случится, когда тебе придется лишить ее будущего?

– Я как следует за это заплачу. Я же не чудовище.

Уит хохотнул.

Дьявол взглянул на него.

– И что это значит?

– Только то, что ты чокнутый, если думаешь, будто заплатить девушке за то, что ее обесчестили, не чудовищно. Она не только разозлится. Она придет за тобой.

Мысль о том, что Фелисити Фэрклот, невзрачная, не молодеющая старая дева явится мстить Бесперчаточнику, была нелепой. Дьявол выдавил смешок.

– Что ж, пусть котенок выпустит мне кишки. Буду держать меч наготове.

– Я слышал, она ударила Регги.

При воспоминании об этом вспыхнула гордость, но ее мгновенно прогнала ярость.

– Она промахнулась.

– Тебе следует научить ее бить в цель.

– Поскольку она больше никогда не появится в Гардене, в этом нет необходимости."

"И в самом деле, если тот вечер на темных улицах Ковент-Гардена ее хоть чему-то научил, так это тому, что нужно держаться как можно дальше от этих мест.

«И не думай о том, что она сочла те улицы красивыми».

Боже милостивый, когда она показала на блестящие булыжные мостовые и начала рассуждать об их красоте, Дьявол едва удержался, чтобы не сказать ей, что сейчас их намочил дождь, но с таким же успехом тут может растекаться кровь.

Даже если она права, и они в самом деле красивые.

Чего он так никогда и не заметил бы, если бы не она, будь оно все проклято.

Уит снова что-то буркнул, затем проговорил:

– Я думаю, ты имеешь в виду, что в этом нет необходимости, потому что теперь она под защитой Бесперчаточников.

– Она больше не придет, – сказал Дьявол. – Иисусе Христе, я едва не убил человека прямо у нее на глазах!

– Но не убил же.

Тот человек прикоснулся к ней. Этот кретин ощутил шелковистость волос Фелисити раньше Дьявола. Набалдашник его трости изнывал от желания избить его хорошенько. Но это было неплохо, потому что когда он жаждал избить кретина, то не жаждал снова к ней прикоснуться. Не жаждал привлечь ее ближе к себе. Не жаждал снова ее поцеловать.

Вранье.

Дьявол тряхнул головой.

– Нужно было его убить.