Скромница для злодея

– Да черт побери, девчонка! Так оно всегда и делается! – вмешался отец. – Женщинам нравится думать, что брак – это про любовь. Так вот нет. Это бизнес. И мы обсуждаем деловые вопросы.

Она посмотрела на отца, затем снова на Артура.

– В таком случае вы наверняка поймете: меня волнует, что вы без моего согласия решили, будто я товар на продажу.

– Можно предположить, что вы согласны, поскольку вы сообщили половине Лондона, что мы собираемся пожениться, – заметил герцог… нельзя сказать, что он ошибся.

Она направилась через всю комнату в его сторону.

– Тем не менее, ваша светлость наверняка поймет, что у меня имеются законные интересы в условиях, на которые вы согласились?

Ее жених с видом еще более спокойным, чем раньше, смотрел на далекую живую изгородь.

– Я, безусловно, понимаю, поскольку это скорее условия, на которые согласились вы.

Фелисити заколебалась. Возможно ли, что этот человек на ее стороне?

Очень трудно понять, что он из себя представляет, он абсолютно непроницаем.

– Конечно. Я забыла, что мой отец и брат разговаривали с вами от моего имени и высказывали мое мнение.

– Фелисити… – начал Артур.

Но герцог его перебил.

– Я не уверен, что хоть кто-нибудь в этом мире может высказать ваше мнение.

– Это оскорбление? – осведомилась она.

– Собственно говоря, нет.

Странный человек.

– Ну и? На что я согласилась?

– Оглашение состоится немедленно, и мы поженимся через три-четыре недели. После венчания вы согласились жить в Лондоне, в доме по вашему выбору.

– У вас в Лондоне не один дом?

– Один, но я очень богат, и вы можете купить другой, если найдете что-то по вашим предпочтениям.

Она кивнула.

– И вам все равно, где я буду жить?

– Поскольку мы там жить не будем, мне все равно.

Это ее удивило. Она взглянула на отца, раздраженно выпятившего подбородок, на мать, слегка приоткрывшую от изумления рот, на Артура, чей взгляд был прикован к ковру, и снова обратила все свое внимание на герцога.

– Имеется в виду, что это вы не будете здесь жить."

"Он согласно склонил голову и снова уставился на сад за окном.

Фелисити некоторое время молча смотрела на него.

– Вы не заинтересованы в женитьбе на мне.

– Не совсем так, – рассеянно отозвался он.

«Вот вам и мотыльки, и пламя».

– Но все равно женитесь.

Он молчал.

Она прищурилась.

– И что дальше?

Он криво улыбнулся одним уголком рта.

– Вы будете очень богаты, леди Фелисити. Уж наверное, вы найдете, чем себя занять.

У нее распахнулся рот. Мать ахнула. Отец кашлянул. Артур не издал ни звука.

Очень жестокие слова. Герцог не злился, в его голосе не было слышно горечи, он никого не наказывал. Он просто был прямолинеен. И в этой правде ощущалось что-то… заставлявшее ее задуматься о том, что он, собственно говоря, планирует.

– Это не то, что я себе представляла.