Скромница для злодея

Не имеет значения, что она лишь мельком увидела тьму, но утратила всякий вкус к свету.

Не имеет значения, что ей совсем не хочется привлекать к своему пламени герцога. Что она хочет другого мотылька. Совсем другую пару обожженных крылышек.

Мотылька, которому, похоже, совсем неинтересно летать рядом с ней.

Поэтому она брошена здесь. Не пламя. Просто Фелисити.

Последний шанс ее семьи.

Она посмотрела в глаза матери.

– Герцог пришел ради меня?

– Ну, он здесь, чтобы встретиться с твоим отцом. И братом. Чтобы уладить все нюансы твоего брака.

– Он здесь, чтобы снова наполнить наши сундуки.

Мать склонила голову, молчаливо соглашаясь.

– Мне говорили, он богат, как дьявол.

Фелисити воздержалась сообщать матери, что знакома с Дьяволом и что он богаче всех, кого она когда-либо знала. Разумеется, это не имело никакого значения, потому что деньги Дьявола никогда не станут спасением маркизата Бамбл. Никогда не уберегут ее брата от катастрофы.

А как насчет самой Фелисити? Смогут ли они спасти ее?

Нет. Деньги Дьявола не предназначены для спасения Фелисити. И сам он тоже.

«Больше сюда не приходите».

Его холодные и четкие слова эхом отдались у нее в голове.

Поэтому она осталась здесь, с герцогом. Герцогом, которого Дьявол ей обещал. Герцогом, которого он ей каким-то образом предоставил. Каким-то образом… не сообщив ей, как именно. Не сообщив, почему. Наверняка должна быть какая-то причина, верно? Но, видимо, недостаточно важная, чтобы об этом узнала она, в точности, как ее семья сочла, что совсем не обязательно сообщать ей о своих планах. Делиться с ней своими страхами. Рассказать, что она должна их спасти.

В точности, как герцог Марвик считает недостаточно важным рассказать ей, почему он вообще решил на ней жениться.

Еще одна запертая дверь.

Но на этот раз она ее отопрет.

Фелисити вздохнула.

– Полагаю, я должна пойти поздороваться с ним.

Она вышла из комнаты, не обращая внимания на бессвязное шипение матери за спиной, и через несколько секунд уже стояла перед закрытой дверью в кабинет отца.

Девушка решительно постучалась и уже поворачивала дверную ручку, когда отец рявкнул:

– Войдите!

Когда она вошла в кабинет, ее брат вскочил на ноги. Отец остался сидеть за столом, но Фелисити потребовалось несколько секунд, чтобы найти взглядом герцога Марвика, стоявшего у французского окна в дальнем конце кабинета.

– Фелисити… – начал Артур."

"– Нет! Нет! Это случайность! – пропела из коридора мать, а все три таксы начали царапаться в дверь. – Случайность! – Она распахнула дверь и небрежно взмахнула рукой. – Фелисити просто не знала, что здесь идет мужской разговор, ваша светлость.

Услышав это, герцог повернулся и посмотрел в глаза Фелисити.